Ведьма должна умереть!

Но видимо в одну из зим, заборы пошли на растопку печей, а новые никто возводить уже не стал. Это объясняло и отсутствие в деревне деревьев. Так и стояли жалкие покосившиеся домики на виду у друг друга, скрытые лишь кустиками. Даже поход к деревенскому туалету не был секретом для соседей.

Шагая по грязи главной улицы поселения, мы чувствовали взгляды жителей, который с опаской наблюдали за нами из темных окон домов. Но никто не окликнул незнакомцев.

Нигде даже не залаяла собака. Единственным звуком, был шум где-то хлопнувшей двери и плач ребенка.

В центре деревни стоял дом, обнесенный забором, вернее жалкой пародией на него – из жердей, между которыми спокойно могла бы пройти и лошадь. Скорее всего, здесь жил староста. И он уже ждал нас. Наш проводник подошел к опиравшемуся на забор лысому мужчине с плотно сжатыми губами.

– Это отставшие. Позавчера я проводил здесь группу пришлых, а эти отстали, – сказал он.

 – Теперь нагоняем.

Лысый никак не отреагировал на это, продолжая сверлить нас взглядом. Бородач помолчал немного, потом опустил руку в карман плаща и вынул небольшой сверток, который передал молчаливому главе деревни. Тот взял его и ни слова не говоря, развернулся и заковылял в сторону дома. Проводник пожал плечами и махнул нам руками, чтобы мы шли за ним.

Мы выходили из деревни, сопровождаемые тяжелыми взглядами и необычной тишиной.

Тишиной, вместо которой должен был быть смех детей, лай собак, кудахтанье куриц и мычание коров. Всем было ясно, что многие из жителей деревни не переживут приближающуюся зиму.

Через полчаса после того, как мы вышли из жуткой деревушки, проводник устроил небольшой привал. Мы расположились на нескольких поваленных у дороги деревьях, неспешно разжевывая разделенный между всеми хлеб – единственное, что мы успели прихватить при бегстве из Остина.

– Ужасно, – констатировала Вела, имея в виду не хлеб, а поселение, через которую мы прошли.

– Люди привыкают ко всему. Даже к тому, что скоро должны умереть, – вздохнул проводник. – Говорят, что за морем есть страна, где все еще правят маги. Наверное, там все совсем не так, как здесь.

В ответ на это мы лишь молча обменялись взглядами.