Собирающая звезды

Особенно тех, кто мне не безразличен.

Мальвина Петровна не кажется особенно убежденной. Но она плотно сжимает губы и молчит.

Я стою посреди кухни и пытаюсь собраться с мыслями. Гали придушил Вадима, и меня ищет полиция. Как свидетеля. Или по подозрению? И что теперь делать...

– А почему никто не видел, как мы уходили из Ангара? – спрашиваю я первое, что приходит в голову. Вы же меня несли у всех на глазах.

Гали кивает в сторону одного из мальчишек. По-видимому, это Димыч. Довольный Димыч подмигивает мне.

Ничего не понимаю. Но молчу: не хочу показаться идиоткой.

– Теперь мне надо идти в полицию? – задаю важный для себя вопрос.

– Ну, это в наши планы точно не входит, – заявляет Гали и выключает визор.

– Но ведь меня будут...         

– Я сказал, не входит, – грубо прерывает Гали и смотрит на меня тяжелым взглядом. – Будешь сидеть как мышь под веником, пока я не разрешу.

Найду и придушу… Точно придушит. Если уж он здоровенному Вадиму шею свернул...

– Скаут! Надо ей все объяснить.

Она же стоит и глазами хлопает. Ничего не понимает, – предлагает один из братьев.

– Не тебе решать, Дымыч, – обрывает его Гали.

Конечно, все в этой компании решает этот сумасшедший Питбуль. Куда мне против него. В конце концов удается собраться с мыслями и рассмотреть собравшуюся в кухне компанию. Все в одежде с короткими рукавами. У всех на правой руке похожая на мою татуировка: ровный круг с застрявшей внутри паутиной. У одного из близнецов круг зеленый, у другого – синий.

Темно-коричневый у Мальвины Петровны. Круг Гали я уже видела. Выпаливаю первое, что приходит в голову.

– Мы родственники? 

Громко фыркает кто–то из братьев.

– Потом объясню. Когда нос заживет. А сейчас из дома не высовываться, – ставит все точки над «i» Гали. – И утри, наконец, свои кровавые сопли. Смотреть противно.

Скаут исчезает бесшумно, как гиппопотам на воздушной подушке. Мальвина Петровна ободряюще улыбается мне, хочет что-то сказать, но безнадежно машет рукой и тоже уходит.

Мальчишки задержались: ищут что-то съедобное на полках. И заодно с интересом меня разглядывают.

– Вот твой завтрак, – один из пацанов указывает на кухонную стойку с упаковкой кукурузных хлопьев и контейнером молока. – Кофе сваришь сама. Комбайн у нас самый обычный.

При этом он украдкой пялится на разошедшиеся полы моего халата.

– Только попробуйте приставать! – грозно предупреждаю я их.

Мальчишки дружно краснеют.