В Новый год вокруг да около

Да и ветер, похоже, улегся совсем — вьюги как не бывало...

В голове тут же вспыхнуло: а как же девушка!.. Неужто пригрезилась? Петруха чуть ли не простонал от огорчения. Эх, до чего жаль... Так бы и заснул снова, лишь бы увидеть еще разок дивные черты, точеные плечи, ощутить на губах сладкий поцелуй...

Петруха потряс головой. Нет, нельзя спать, никак нельзя. Один разок пронесло — во второй так уже не посчастливится...

Внезапно он обмер: сквозь пелену мыслей до разума долетели обрывки разговора ряженых. Взгляд выхватил из толпы слева какого-то молодчика с длиннющими рогами на голове.

— А что в залог поставите? — выкрикнули из противоположной ватаги.

— А того, кто в сугробе лежит, — проблеял насмешливо рогатый.

— По рукам!

Петруха ушам своим не поверил. Уж не о нем ли говорят? Так и вжался весь в снег, впился глазами в ряженых. Но те сыпанули дружным хохотом, зашлись в дурашливом плясе и стали расходиться: одни — направо, другие — налево.

А Петруха в недоумении глазел вслед то тем, то другим. Горло сжалось, кое-как протолкнув вниз застоявшийся ком.

А может, послышалось? Да и мало ли что ряженые брякнуть могут наобум! Не стоит голову забивать всякой чепухой — на то другие думы имеются...

Он сразу приободрился. В самом деле, за всеми этими переживаниями он как-то даже и о Светлане забыл. А что если она уже выходила, пока он тут млел в сладкой дреме? Вот и гадай теперь: ждать или нет? Хорошо хоть, стужа схлынула...

Очень скоро Петруха заметил, что, как ни старается он думать о Светлане, мысли так и норовят улизнуть в сторону — туда, где предстала перед ним на снегу точеная серебристая фигурка.

«Да ведь это ж сон, дубина еловая, — обругал он себя. — А Светлана — она ведь во сто раз краше будет, ежели ее в такой же прозрачный наряд облачить...»

Мысль показалась до безумия притягательной — он сейчас же попробовал представить Светлану в легком серебристом одеянии... Ох ты, ажно дух захватило!

Но что это?.. Никак, голоса? Ну, так и есть: девичий смех со двора! Светлана с сестрицами, не иначе! Рука выскользнула из рукавицы, пальцы быстро расстегнули ворот тулупа, коснулись заветного подарка.

А голоса все ближе к воротам... Да-да, вот и колокольчик серебристый поет-заливается — нипочем не спутаешь! Выйдут ли на улицу?

Ворота скрипнули. В щель на миг высунулась головенка в платке, проворно стрельнула глазами по улице — и тут же юркнула обратно.

— Никого, — донесся из-за ворот громкий шепот, потом еще какое-то шушуканье.