Фарфоровая бабочка

Шутка ли – увидеть подругу мертвой, да еще в таком… хм, виде. С самого утра жар у девицы, ничего не поделаешь. Тутта постоянно к ней бегает, уксусом обтирает. Вот, послал за лекарем…

- Но тут лекарь не помог, - хмуро закончил Рой.

Нервы ведь – это такая странная штука. Любой маг скажет, что здорова. Вот ежели бы руку повредила, или нос разбила – тогда да, помогли бы.

Рой окинул графа внимательным взглядом. Где-то очень глубоко, на уровне ощущений, рождалось понимание, что с Эверси что-то не так. То ли глаза бегают, то ли платок в руках комкает.

Роланд что-то явно недоговаривал.

- Я хочу увидеть Бьянку, - твердо сказал Рой, - проводите меня к ней.

- Я уже сказал, что это невозможно, - вздохнул граф, - она… не одета. Вы же не хотите опозорить девушку, застав ее голой?

Ярость взметнулась в душе клокочущим пламенем. И Рой, приблизившись к графу, обманчиво-мягко произнес:

- Да плевать я хотел на то, что вы сказали. И на то, что дочь ваша не одета. Вам ведь известно, что бывает, если перечить представителю королевского тайного сыска?

- Хорошо, - Эверси торопливо поднял руки, как будто отгораживаясь от Роя, - идите.

Только ничего хорошего вы там не увидите. Дженни, проводи гостя.

Потом Рой понимался по скрипучим деревянным ступеням, внимательно глядя под ноги и стараясь не наступить на подол платья идущей впереди служанки. 

Он и сам не до конца понимал, отчего так упорствует в своем желании непременно увидеть Бьянку. Убедиться в том, что с ней не случилось ничего плохого? Что она жива? Да ладно, старина Рой.

Неужели ты думаешь о дочери своего врага? 

- Прошу вас, - девица сделала книксен и отворила дверь.

Рой, продолжая сжимать букет, переступил порог.

В ноздри ударил запах укусуса вперемешку с едким запахом ароматических солей. Сквозь старательно задернутые шторы свет едва пробивался в спальню. В глаза бросился старенький туалетный столик с высоким зеркалом. А потом взгляд прилип к широкой кровати, где, утонув в скомканных простынях и кружевах, лежала Бьянка.

Значит, Эверси не обманул.

И, значит, Бьянка действительно заболела от нервного перенапряжения.

Рой вздохнул, сунул служанке в руки не нужный теперь букет роз, и шагнул к кровати.

Бянка лежала с закрытыми глазами, золотистые локоны разметались по подушке, и Рой удивился тому, какая она маленькая и жалкая. Он посмотрел на запястье в кружевной манжете сорочки. От вида бледной, прозрачной кожи и тонких голубых вен единственное, чего хотелось – это как следует накормить девушку.