Фарфоровая бабочка

Как будто и не она вовсе вошла в храм под руку с чудовищем, и как будто не ее запястье привязали к горячему запястью нелюбимого мужчины.

Бьянке хотелось плакать. И исчезнуть, испариться легким дымком.

Но она стояла и молча слушала слова ритуальных фраз, и в груди медленно разрастался комок боли и невыплаканных слез.

«Он ко мне не прикоснется, - вяло подумала она, - я не хочу… я не могу…»

А потом ее словно ледяной водой окатили. На смену отчаянию пришла злость. Она покосилась на стоящего рядом Сандора.

«Ну, ничего. Ты еще пожалеешь, что женился на Бьянке Эверси».

Белую ленту развязали, и ее рука обессиленно упала, повисла вдоль тела.

- А теперь, дабы скрепить ритуал, следует поцеловаться, - с приторной радостью сообщил жрец.

Бьянка зажмурилась и сжалась.

Сандор, если захочет, свернет ей шею. Так что сопротивляться глупо, по крайней мере, в храме.

- Бьянка, - тихо позвал он.

Она промолчала. Так и стояла, не открывая глаз.

Потом ощутила теплое дыхание на лице, тонкий аромат дорогих сигар.

Вот и все. Она стала женой лорда Сандора, а он, как и рассчитывал, стал графом Эверси.

***

 Дом Сандора фасадом выходил на Королевскую площадь, двухэтажный, облицованный гранитными плитами. Наверное, он был очень старым, этот дом, сонно думала Бьянка, и ее теперешний муж купил его исключительно чтобы компенсировать недостаток родовитости. Мол, глядите, каков я – в окно могу любоваться на ворота королевского дворца.

Она послушно шла по дорожке за Сандором,  и дом – мрачный, темный, надвигался, перегораживая собой чистое небо. Строгий классический фасад казался Бьянке до отвращения правильным, временами ей чудилось, что если она сейчас развернется и просто убежит, все это закончится, как еще один кошмар.

Но и дом, и широкая спина шагающего чуть впереди Сандора были реальностью – дикой, давящей, сводящей с ума. И девушка, все больше и больше погружаясь в апатию, мелко семенила вслед за мужем, все ниже и ниже опуская голову.

Меж тем их встречала прислуга, как и положено, выстроившись в ряд перед парадным входом. Три женщины в аккуратных платьях скучного коричневого цвета и старик в черной бархатной ливрее. 

Когда они с Сандором приблизились к встречающим, именно этот старик радушно улыбнулся и сделал шаг вперед.

- Примите наши поздравления, милорд!

Следом ожили женщины.