Матушка для полуночника

Короткие всклоченные волосы, черное и мокрое из-за дождя пальто, темные глаза с расширенными во всю радужку зрачками. Отрешенный взгляд устремлен в пол под ногами. Она сидела на ступеньках между пятым этажом и проходом на крышу, утирая нос рукавом.

Моего появления она не заметила. Я выбежал ненадолго мне надо было купить внуку Матиашу подгузников, пока он крепко спал в кроватке. Со щелчком я повернул ключ в дверном замке и снова обернулся к девушке. Вид у нее был жалким. Таким взглядом смотрят те, у кого в жизни произошло что-то серьезное – то, чего они не смогли избежать и что нельзя исправить.

Я постоял с полминуты, раздумывая: обратиться к этой незнакомке или нет. На бродяжку или наркоманку она не похожа…

— Девушка, с вами все в порядке? —именно такой вопрос обычно задают людям, которые плачут в одиночестве.

Она все-таки подняла на меня взгляд и нахмурилась, а затем заозиралась по сторонам, будто осознавая, где она и что происходит.

— Д-да… — пролепетала девушка и, взявшись за перила, медленно поднялась, словно промокшее пальто весило полтонны.

Кожа на ее пальцах побелела, она с трудом стояла на ногах. Простое движение отняло у нее столько сил: она тяжело задышала и вымученно улыбнулась мне. — Голова немного закружилась, должно быть, из-за погоды.

Возможно, другой бы и поверил ее словам, но я видел, что это ложь. Я всегда чувствую, когда мне лгут.

Девушка неторопливо спустилась по ступенькам и подошла к соседней двери. Она выудила из кармана ключи и попыталась вставить их в замочную скважину.

Я видел, как ее пальцы дрожат, словно у заправского алкоголика, но она точно не пила. Со звяканьем ключи ударились об пол. Опираясь о стену, девушка опустилась на корточки, но пошатнулась и упала на колени. Встать она больше не смогла, ее плечи дрожали от безмолвного рыдания, по щекам катились слезы.

— Вот что… раз мы с вами соседи, то давайте-ка вы зайдете ко мне и соблаговолите успокоиться, а я, если понадобится, вызову скорую, — я подобрал ключи, вложил в ее руку и помог встать с пола.

Девушка подняла на меня мокрые от слез глаза и молча кивнула. В другой ситуации я бы возмутился ее доверчивостью – принять помощь от незнакомца, но не сейчас. От маньяка во мне было столько же, сколько от трубадура.

Я провел ее в коридор, помог снять пальто и прошептал:

— Единственное, о чем я попрошу вас — быть тихой, у меня кроха-внук и сейчас он спит.

Отрешенный взгляд девушки изменился и стал живым. Должно быть, тема детей была ей знакома или близка.