Матушка для полуночника

— Она в коме, все показатели в норме, вам остается только ждать. 

 — Когда мы сможем ее увидеть? — спросил я, чувствуя, как рука Матвея дрожит, и сильнее сжал ее.

 — Возможно, на этой неделе, когда именно — неизвестно, уточните в регистратуре. Чудо, что она вообще осталась жива, — он повернулся, чтобы уйти, когда Матвей вырвал свою руку из моей и бросился к врачу.

 — Возьмите мою кровь!

 — Сынок, твоей маме уже сделали переливание, поэтому не волнуйся, — он похлопал его по плечу и ушел.

Ребенок захотел прорваться в отделение, но я его остановил.

 — Не нужно, Матвей. Сейчас ни моя, ни твоя кровь не помогут, а наоборот, сделают только хуже, — я попытался говорить спокойным, мягким, насколько это возможно, голосом.

По щекам Матвея потекли слезы, он уткнулся мне в живот. 

Обнимая ребенка, я вспомнил ту боль утраты, когда не стало Аранки и сына. Глаза защипало, и я стиснул зубы.

 — Сейчас нам лучше пойти домой. Привести себя в порядок, отдохнуть и как следует поесть, особенно тебе.

Твоя мама должна увидеть тебя здоровым, — я утер слезы с его бледных щек и улыбнулся.

 — Я не хочу уходить. Вдруг когда она очнется, меня не будет рядом. Может, она проснется прямо сейчас…

 — Все так, но в голодном состоянии тебе нельзя к ней подходить. Твоя сущность при запахе крови может вырваться наружу, и ты причинишь ей боль. Ты ведь этого не хочешь?

 — Нет, — он покачал головой, успокаиваясь.

Домой мы возвращались, неторопливо бредя по пустынной улице.

В такой ранний час можно было увидеть только дворников, подметающих дорожки от последней осенней листвы. В воздухе пахло сыростью, с неба накрапывал дождь. 

Отвратительной крови разбойников мне хватило надолго, и я мог пока не питаться, поэтому, придя в квартиру, первым делом напоил Матвея и уложил спать. Если бы он не был вампиром, на него можно было бы воздействовать гипнозом и усыпить. 

Сидя на кухне, я слышал, что прежде чем уснуть, мальчик еще долго ворочался, всхлипывая в подушку.

 

Руслан дремал в гостиной на диване, а я решил тщательно осмотреть место, где сбили Арину. На асфальте виднелись черные следы от колес, а вот крови не осталось — усилившийся дождь смыл ее, и я не чувствовал никаких других запахов. 

«Было поздно, вокруг ни одного свидетеля. Она возвращалась из лавки, но почему вышла на дорогу?», — я потер виски и прошел от места аварии до угла, за которым скрылась машина. Преступник уехал в неизвестном направлении.