Осиное гнездо

Вы разрешите заполнить его от вашего имени?

– Конечно! И укажи мой номер телефона для связи.

Глава 3. Кто ты, Аделаида?

На удивление всю ночь проспал, как убитый. Очнулся только от какого-то тихого скрежета. Не сразу осознал, где нахожусь – незнакомая кровать, шторы, настольная лампа, дурацкая тумбочка. Но странный скрежет быстро вернул меня в действительность. На цыпочках подошёл к входной двери – царапание доносилось оттуда. Поймал себя на знакомом жесте – рука сама потянулась к левой подмышке.

Уже два года на пенсии, а привычка жива! Мне бы сейчас пистолет… Резко распахнул дверь – женщина в платке и форменной одёжке уборщицы испуганно отпрянула от неё.

– Вы кто? Что вам надо?

– Ви сами просиль утром зайти. Я Гульнар.

– А, это вы. Простите за мой вид. Один момент, я сейчас буду готов. – Коря себя за подозрительность, поспешил ретироваться подальше от двери. Вид мужчины в трусах на пороге может испугать любую женщину, тем более, азиатку.

Через минуты три мы уже поднимались с моей новой знакомой на лифте на седьмой этаж.

Номер семьсот шестнадцать. Похож на мой, разве что эстамп на стене другой. Вид из окна соответствует фото на телефоне. Заглянул в шкаф, под кровать – никаких следов. Гульнара скромно стояла в сторонке, наблюдая за моими действиями.

– Ви, начальник, напрасно искать. Тут ничего нету. Я свою работу знать.

– Гульнара, когда вы тут последний раз убирались?

– Двадцать первый ноября. С тех пор неть.

– Всё было в порядке? Ничего необычного? Может, что-то было разбито или потеряно?

– Неть, все било в норма.

Он даже минибар не открываль! Вот только вода бутылка выпил. Но это нормално.

– Он?

– Ну да, постоялка.

– Постойте, тут жил мужчина или женщина?

– Женщин, толко женщин, мужчин не видеть. И в соседнем номере тоже толко женщин. Вредний.

– В соседнем номере? Это в семьсот восемнадцатом? – догадался я.

– Ну да, оттуда. Он через этот дверь входить. – Уборщица глазами показала на дверь между номерами.

– А почему вы решили, что она вредная?

– Он зашёль и смотрель тут, как я убирать! – Гульнара встала у смежной двери, скрестив руки на груди.

– Ещё командовать – «чище, чище!», будто я не знай, как свой работа делать! Говорить – много пыль! – возмущённо продолжала жаловаться уборщица. – Какой пыль? У нас в Тошкент – вот где пыль, а здесь откуда? Уже целий недель дожжь… Я тут всё как следует мыть, так что ничего нет, верь мине. Даже постель менять, как положено.