С привкусом пещерной соли

И если ты сейчас не поднимешься, я лично сделаю так, чтобы причина появится. Начну с порки – возьму ремень и как в старину, со всей дури да поперек спины, чтоб сидеть не смогла! А ну вставай, сказала!

Полина подлетела вплотную и сильно толкнула Наташку в плечо и ребра. Та попыталась толкнуть ее в ответ. Еще несколько минут раздавалось только шумное дыхание и молчаливая борьба взглядов.

Потом Наташка сдалась, крупно вздрогнула и поднялась с кровати. По ее лицу текли слезы и она совершено не могла понять, отчего плачет.

Что-то разбилось в ее жизни? Или что-то разбилось в жизни Полины и осколки из сердца не выковыряешь даже годы спустя? Или из-за того, что жизнь вообще строится по неизвестным законам и по непонятным причинам происходят случаи, на которые невозможно повлиять и торт с кремовыми розочками вместо праздничного стола роняют в навозную кучу?

- Мне так жаль, Полина, мне так жаль, - заучено повторяла Наташка, пока по ее щекам текли реки соленой воды. Ребра болели, но эта мелочь как раз ни имела никакого значения.

- Не хочу ничего слышать! Если тебе жаль – подними задницу и сделай хоть что-нибудь. Запомни – пока люди живы, всегда можно что-нибудь сделать. Только с мертвыми ничего не изменишь, никогда. Ты слушаешь?

- Да, - на редкость покладисто повторяла Наташка, вытирая тыльной стороной руки мокрые щеки.

- Встань. Оденься. И вали отсюда куда хочешь, - отчеканила Полина. – Несколько часов не возвращайся, мне нужно побыть одной.

Подобно роботу с запущенной программой Наташка встала, умылась, натянула футболку и шорты, быстро расчесалась, уставившись в зеркало, напомнила, что она сделана из алмаза и не имеет права гнуться, а тем более ломаться, так как по-любому все в мире вертится вокруг ее драгоценной персоны, и вышла из комнаты.

Конечно, единственный вариант, куда можно было отправиться – бар. Никаких расследований на сегодня. Никакой работы. Все должно быть пусто, весело и бессмысленно.

Народу в баре, как обычно, было немало, но Наташке удалось протиснуться между несколькими подвыпившими юнцами и первой занять свободный столик, на который те претендовали.

Юноши не расстроились и присоединились к знакомым.

Атмосфера веселья выходного дня, приходящего на смену тяжелым будням, казалась такой привычной. Сколько раз Наташка окуналась в нее, маскируясь под свою, затаиваясь и пережидая какую-нибудь неприятность? Свою трусость. Испорченность. Никчемность.