С привкусом пещерной соли

Время шло, дремота сменялась очередным приступом близости, иногда бешенной, иногда подчеркнуто нежной, периодически они пили чай, смотря по ноуту какой-нибудь простенький фильм и жевали бутерброды, валяясь на разворошенной кровати, прикрытые только простынею, а потом Гонза вынимал из ее рук пустую чашку, отодвигал импровизированный стол-стул в сторону и с предвкушающей улыбкой говорил что-то вроде:

- Ложись на живот.

Усаживался сверху и старательно выводил ее на спине замысловатые узоры той жидкостью, вкус которой уже сроднился с его собственным.

Наташка уже давно поняла, что там намешан в том числе бузун, но это ее никак не волновало. Он в своем уме? Более чем. И она. Если их обоих все устраивает, остальное не должно никого касаться.

- У аквелей существует несколько не вполне стандартных способов стать друг другу ближе. Попробуем?

И если услышав эти слова из других уст, Наташка бы насторожилась, здесь она просто улыбалась и слушала дальше.

- Все время хотелось проверить, не врут ли, но как-то не сложилось.

Не с кем. Ты не обижаешься, что я хочу попробовать сейчас?

- На что? Я рада, что до меня тебе было не с кем.

Он некоторое время думал, шумно дыша, а потом продолжил рисовать.

- Никогда на меня не обижайся. Мне сложно признать, что я вдруг стал в ком-то нуждаться… Так остро. Но ты скоро поймешь, что я не забираю своих слов обратно. Ты можешь оставаться у меня, сколько хочешь.

В обычное время такая фраза могла бы вывести из себя, но Наташка понимала, что в его исполнении это равнозначно вручению ключей от квартиры и банковской карты со всеми имеющимися на ней сбережениями.

А потом он наклонялся и повторял нарисованный узор уже языком и Наташка в очередной раз умирала от той ядерной смеси, что смешивалась внутри благодаря его прикосновениям. Что-то было в подобной близости верное, благословенное, как будто тебя прощали, будто ты очищался, отмываясь от грехов, и прошлых, и будущих.

Время шло, ей казалось, она провела в этой комнате больше времени, чем вообще в Ракушке, но даже этого не хватало.

Хотелось остаться здесь навечно, ведь стоило переступить порог, как между ними образуются целые полосы препятствий – люди и аквели, друзья и враги, земля и небо. Но все это будет позже, чуть-чуть, но не сейчас.

Однажды она рискнула спросить про Маринку.

- Почему ты был один, когда я пришла? Я думала…

Гонза равнодушно пожал плечами.

- Мы расстались.