С привкусом пещерной соли

- Я рад, что ты здесь.

- Рад?!

- Да. Рад, что у тебя получилось. Пошли, - он уверенно протянул руку.

- Пошли? – очумелым попугаем повторяла Наташка. – Куда пошли?

- Отведу тебя к остальным гостям. Вам сейчас станут распределять сопровождающих. Лучше не пропускать.

- Ладно, пошли, - она еще раз покосилась вниз, но не разглядела, дышал человек или нет. Впрочем, какое ей дело, если собратья потерпевшего хотят мимо, переступают через тело и не почешутся помогать. Наташка никогда не стремилась к репутации матери Терезы, потому легко отвернулась от лежавшего аквеля, покосилась на протянутую руку, но своей не подала, а просто пошла обратно к ведущему в бар коридору.

По дороге Гонза показывал на отходящие в стороны ветки и перечислял, что находится в той стороне.

- Комнаты линии А. Комнаты линии Б. Прачечная. Склад. Комнаты линии Ж…

Наташка пропускала пояснения мимо ушей, пытаясь сообразить, что все это значит. Такая чистопородная радость в его глазах, что просто грех обижаться и припоминать прошлое.

Не ответить на такую улыбку все равно что безвинно обидеть искреннего, доверчивого ребенка. Только вот… ее не так просто купить теплой улыбкой, тем более, когда за плечами груз прошлых, не самых удачных встреч. Слишком память у нее хорошая. И мозги не так просто отключаются. Но перед тем как решить, стоит ли идти на открытую конфронтацию, неплохо бы выяснить, кто он тут и что может. Поэтому Наташка приструнила желание просто послать его куда подальше и на очередной комментарий вдруг ответно улыбнулась самой ослепительной своей улыбкой, а после протянула руку и сама подцепила его под локоть.

- Спасибо, что помогаешь! Что рад меня видеть! Мне жаль... что раньше мы понимали друг друга куда хуже.

Дальнейшую часть дороги уже он шел молча, напряженный и собранный, а Наташка, напротив, многословно восторгалась Ракушкой и всем окружающим великолепием. Перед самым залом Гонза вдруг остановился, чуть ли не выдергивая руку и вынуждая остановиться Наташку. Остановился, повернулся.

И заявил серьезным тоном, который совсем не вязался с высказываемой по дороге безмятежностью.

- Хотел сказать… Чтобы между нами не возникало недоразумений. Все, что осталось на поверхности, пусть там и остается. Тут другой мир. Не приноси в него грязи.

Ба! - изумилась Наташка. Грязи? И это говорит человек, только что оставивший за спиной собрата, который вполне вероятно нуждается в помощи? Как мило…

Ну что же… Зато он понял, что Наташка не купилась.