С привкусом пещерной соли

Там Гонза достал из рюкзака еще один крепящийся на голову фонарь и протянул Наташке.

- Иди за мной и молчи. Я сейчас не в настроении тебя ни слышать, ни видеть. Поняла?

- Да, - устало повторила Наташка, у которой в данный момент тоже не было ни малейшего желания находиться в столь изысканном обществе. Но сначала нужно добраться до Ракушки. В безопасность.

И они куда-то пошли.

Теперь Гонза выглядел очень напряженным. Все вылетающие из его рта звуки походили на резкие окрики или в лучшем случае на приказы.

- Не топай.

Наташка молчала, прилежно плелась следом, стараясь не спотыкаться и одёргивала собственную руку, которая периодически поднималась, намереваясь дотронуться до его плеча, чтобы убедиться - он живой, настоящий. Рядом человек, человек. Живое разумное существо, умеющее говорить. Ей не мерещится!

Потянувшись в очередной, бесчисленный раз она все-таки не удержалась и схватилась за него, сжимая ткань куртки изо всех сил.

- Что? – зашипел Гонза, останавливаясь. Наташка зажмурилась от направленного в глаза яркого света фонаря.

Минуту он молчал.

- Ты что-то слышишь? – вдруг очень серьезно спросил.

- Не знаю… Это тревожное что-то, чужое, неестественное. Я не понимаю. Просто бред…

- Где оно? – нетерпеливо перебил Гонза.

- Там, - Наташка показала вперед и заметила, что ее палец дрожит. Потом увидела, что все так же, с отчаянием утопающего, цепляется за его плечо.

- Оно идет… - вдруг охнула. Перед лицом в свете фонаре расцвел дымный цветок из выдыхаемого пара.

Гонза чертыхнулся, но шёпотом. Фонарь заметался по сторонам, выхватывая стены, камни, путь назад и никаких коридоров поблизости.

Потом он дернул Наташку, заставляя отцепиться от куртки и потащил в сторону. Оказавшись за большим валуном, Гонза резким движением плеча сбросил и быстро затолкал в выемку под камень рюкзак, потом выключил фонари и судя по звуку, запихнул туда же. Наташка снова осталась в темноте и судорожно оглядывалась по сторонам.

Ее потянули вниз. Гонза протиснулся в щель между валуном и стеной пещеры и дернул Наташку, принуждая сделать то же самое. Места оказалось очень мало, пришлось тесно прижиматься к нему и руки опускать вдоль его боков, потому что остальные места уже оказались заняты другими частями его тела. Почти ледяной камень под коленями и невероятно горячий человек вплотную создавали редчайший контраст, такой же невероятный, как все происходящее.