Данница

Не сразу замечаю вопиющее несоответствие сценарию путешествия. Дубль первый короткометражного фильма «Выхожу один я на дорогу» необратимо испорчен.

Поперек сухого глинистого пространства глубоко выдавлены буквы. Буквы медленно складываются в моей голове в слова.

«Выполни свое предназначение».

До меня не сразу доходит, что фраза написана по-русски.

Испуганно ухает вниз сердце.

Глава 2

Глава вторая

– Дорогой мой, на чем держится Мир?

– Мой дорогой, Мир держится на Трех Драконах.

Из разговора двух умных магов

Ивка

Ивка осторожно высунула нос из густо пахнущего псиной овчинного тулупа.

Сквозь щели в обшивке фургона светило солнце. Данников рядом уже не было. Только лежали на полу аккуратно свернутые овечьи шкуры. Снаружи доносились хриплые голоса. Ивка вчера уморилась от впечатлений и уснула, как только перестала дрожать и согрелась. Купцы оказались хорошими людьми, не дали замерзнуть. От полотняного платья, пусть даже и с плотной нижней юбкой, и плаща толку в горах оказалось мало. Ивка и не предполагала, что на земле может быть так холодно. Мокро, сыро, зябко – да. Но так, чтобы зуб на зуб не попадал, пальцы посинели, а нос онемел – такого безобразия в Милограде не случалось никогда.

Ивка глубоко вздохнула и выбралась из-под тяжелой овчины. Первым делом, как и обещала Ма Онице, достала пачкающий руки уголек, зачеркнула еще одну пустую клетку. Посчитала, шевеля обветренными губами. Три. Она в пути уже три дня. А сколько еще впереди! Даже страшно становится, как подумаешь.

Запахнула поплотнее плащ, спрыгнула из фургона на землю и сразу провалилась в глубокий снег. Снег набился в сапоги, ногам стало холодно.

Справа была горная стена, слева – полого спускающийся вниз каменистый склон. В самом низу, в долине, виднелись красные кирпичные крыши маленького поселка, да протекала, извиваясь как ужик, узенькая, селедочного цвета, речушка. Под ногами проплывали мимо рваные клочья тумана. Когда ей сказали вчера, что это облака, Ивка сначала не поверила.

Впрочем, вчера ей не разрешили выйти из фургона. Караван торопился пройти через перевал. Ивка смотрела вокруг через щелку в двери.

Вокруг лежало взбитое, как перина, ослепительно белое, искрящееся полотно снега. Ничего подобного Ивка раньше не видела. Девушка наклонилась и приложила руку к сугробу. Рука сразу немного провалилась, на пальцы налипла белая вата. Снег был мягкий, легкий и немного обжигал. Ивка набрала его в ладонь и держала, пока не окоченели пальцы.