Данница

Я Данник, бываю в этом городе часто. Меня тут каждая собака знает. Штучный ты товар, девочка. Деньги отнеси меняле на базарной площади. Скажи ему: что не хватит до золотого, пусть запишет за мной».

Добавил смеясь: «Выходи за меня замуж, Данница. Страсть, как ты мне по душе пришлась. Я такую по всему свету искал».

Ивка покраснела. Сказала сердито: «Меня жених ждет. И потом, я только в Милограде жить могу».

– Ради такой готов в Милоград перебраться. Да ну его, жениха этого. Не стоит он тебя. Когда домой собираешься?

– Через полгода.

– Жди в гости. Как зовут тебя?

– Ивка.

– Вот и хорошо, Ивка. Приглашаю на ужин. Я остановился в корчме Таверана, будет время и желание – приходи. Буду рад.

Мих и Ивка сидели на поваленном дереве в городском парке. Мих угощал девушку остатками сахарных фиников, рассказывал о поездке в Регнауш, но Данница слушала вполуха, хмурилась, ела без аппетита.

– Что-то не так? – спросил Мих.

Ивка вдруг разрыдалась: «А вдруг и у меня как у этой девушки? Вдруг я умру, пока рожать буду? Мало, что больно и страшно, так еще и опасно!

– Ну, такое редко случается.

А ты оставь одну чеканку для себя. На всякий случай. Потом вернешь магу как непроданную.

– Ничего ты не знаешь, – зло выкрикнула Ивка. – Мы же в этом Милограде как прокаженные. Не такие, как все. На нас чеканки не действуют. Единственных во всем королевстве.

Мих виновато пожал плечами. Сказать тут было нечего.

Ивка вытерла ладонью слезы. Тщательно отряхнула передник: «Проводишь меня до корчмы Таверана?»

– Знаешь, Ивка, – осторожно начал Мих, – не надо так буквально верить тому, что говорят тебе молодые мужчины».

– А я и не верю. Отвлечься хочу. Хорошо время провести, – грустно усмехнулась Ивка. – Так проводишь?

Мих легко поднялся, галантным кавалером протянул руку, сказал непонятно: «Для вас, мадемуазель, я готов на все».

Глава 5

Глава пятая

– Дорогой мой, на чем держится Мир?

– Мой дорогой, Мир держится на душах ушедших.

Из разговора двух умных магов

Ивка

Ивка стянула липнущую к телу мокрую рубашку, короткие, до щиколоток, полотняные штаны.

Тело сразу же покрылось гусиной кожей. Девушка завернулась в тонкое, ветхое полотенце, стала отжимать волосы. Деревянный настил вокруг сразу потемнел от влаги. Рядом сидели и лежали на скамьях, греясь на солнце, женщины поселка Раттенпуль, бесстыдно выставив плоские белые зады и раскинув ноги, жевали вонючий табак, сплевывали на горячие камни коричневую слюну сквозь порченые зубы, сплетничали.