История не одной жизни

И как убили его, чувствовала, и как снова дышать начал, когда песнь моя его окутала. А потом как в тумане было. Сна не было две ночи- не переставала я петь. А потом пропал он- вытянуло его с земли. Очнулась я на полу, без сил, а вскоре Ванька пришел, и сказал, что Славушка помер и меня с ним похоронят на следующее утро. Ты боялась, что я позабыла все. А нет. Под погребом проход я смастерила, там Велсов алтарь был.  А подле него глиняная кукла лежала. Та кукла взяла с меня слово, что я служить Велсу буду и жива останусь.

  

–А захоронили куклу, не заподозрив подмены?  

– Нет.  

–А Ванька как же? Он же влюблен в тебя был, и что совсем не сомневался? -недоумевала старушка.  

–А не было его близко там. Не смог он похоронить меня. Стоял вдалеке от кострища, плакал. Я видела его слезы, а он мои нет.  

– Да, дорогая моя. Не мало с тобой приключилось. – вздохнула бабушка.  

–Не все это, погоди. Ночевала я у Буйки, и там семечко посалила заговоренное, чтоб когда Вячеслава душа переродится росток на том месте вырос.

А ночью ко мне Велс пришел- старый такой, страшный с рогами, забрал у меня обереги и испугал. Показалось мне, что взошло дерево то, черное сухое, а на нем ворон сидит и будто ворон этот я.  

–Хорошо, хоть ты мне это утром рассказала, а не вчера на ночь. Я стара, конечно, но такого не видала. Одно могу сказать точно: он тебя не отпустит. Мы с тобой что-нибудь придумаем, а ты запомни, что в своем доме стены берегут. Собирайся, в лес пойдем.

Мне все равно запасы знахарские пополнять надо.   

Марья сложила травы на ткань, и отнесла в кладовую.  

 

Стала Авдотья учить внучку хитростям житейским, и та ее покорно слушалась. А по селу, тем временем пронесся слух, что ведьмина внучка вернулась одна. В селе шептались, что она мужа своего извела. А как иначе? Она же рыжая, рыжая колдунья.  

Марья вставала ни свет, ни заря. Животину кормила, завтрак готовила и к Буйке бежала посмотреть, не дало ли семя росток.

А ростка так и не было. Думалось ей, что погибло оно. А потом садилась на берегу реки и закрыв глаза нашептывала какие-то слова. Здесь было место для бесед с Вячеславом. Она рассказывала ему все, что происходило с ней ранее и теперь. Рассказывала то, что никогда бы не сказала ему при  жизни. А потом вставала и подходила к тому месту где было посажено семя, проводила по земле ладонью, как бы прощаясь, и уходила через поля домой.