Одна такая

Она аккуратно занималась цветами, но ее глаза, словно глядели сквозь их, не выражая ничего, кроме огромной пустоты. Отступник хотел было уже подойти к возлюбленной и показать, что он живой, и теперь будет всегда только с ней, но заметив парня, выходящего из дома Хоук, лекарь вновь скрылся за деревом. Это был Нориан. И расхаживал он, словно у себя дома.

«Нет, ты же не могла… - повторял про себя ошарашенный маг. – Не могла так быстро…»

Темноволосый мужчина тем временем присел на корточки рядом с Мариан и о чем-то уговаривал, так как девушка упорно вертела головой.

После недолгого разговора, Нориан склонил голову вниз и, тронув обнаженное плечо магессы, поднялся и направился обратно в дом.

В другой бы ситуации Андерса непременно разозлило бы поведение Нориана: то, как он дотронулся до плеча Хоук. Но не сейчас… Маг чувствовал лишь боль: Мариан забыла его. Хотя, возможно, не забыла, но оставила в прошлом. Чего же еще следовало ожидать? Ведь девушка думала, что отступник погиб. Зачем он будет ввязываться в ее жизнь сейчас? У нее теперь есть, кому о ней позаботиться, и причем, не самый худший вариант.

Главное, что он любит Хоук и не оставит ее.

Лекарь, глубоко вздохнув, еще раз с тоской глянул на магессу, которая продолжала заниматься цветами, и развернулся по направлению в ту сторону, откуда пришел.

***

Каждый день тянулся для Мариан одинаково. На уговоры Бетани и Нориана переехать к матери в Денерим, девушка отвечала отказом. Сестра повторяла лишь одно, что скоро боль утихнет, нужно только подождать.

Но она не понимала, как можно забыть кого, кто тебе так дорог, и о ком ты постоянно думаешь. Хоук не могла не думать об Андерсе. Она вспоминала каждое мгновение, проведенное с ним, от первого до последнего. Магесса сохранила письмо, в котором отступник ей все рассказал, и каждую ночь перечитывала его вновь и вновь. Она спрятала, его от Бетани и Нориана, чтобы они не отобрали и не выбросили письмо. Мариан не хотела ничего забывать, не хотела, чтобы боль проходила. Ведь тогда она вообще перестанет чувствовать что-то. Она помнит, как Андерс боялся ее усмирения, а ведь та пустота, что она чувствует сейчас, ничем не отличается от клейма, которое убивает душу.

Бетани ни на секунду не оставляла сестру одну, боясь, что та может что-то сделать с собой. Даже сейчас, когда старшая Хоук сидела и занималась цветами, темноволосая магесса внимательно наблюдала за ней из окна.

- Она отказывается, - грустно отчитался Нориан, приближаясь к Бетани.