Рок неизбежности

– Достойная смерть, – молвил желтоглазый, и, поклонившись, исчез в мареве пожара. 

*

– Назад, болван! 

Витязь выскочил из башни и вступил в бой.

– Я не брошу её! – мастерски орудуя мечом, рычал Лаз.

– Она уже мертва, дурак! Сам умрёшь и нас погубишь! 

В проёме лестницы двое витязей, стреляя из луков, прикрывали отход.

– Уходим! 

Витязь схватил Лазаря за рукав, но тот с такой яростью посмотрел в глаза воина, что тому стало стыдно и он опустил взор.

– Как знаешь.

Через мгновение трое словян исчезли в мрачном входе в подземелье, а Лазарь в неистовстве вновь кинулся на врагов, один.

Один против всего мира, один он прорывался к Маре.

*

Слёзы застилали глаза, дышать становилось всё труднее и тяжелее, но умрёт она раньше, чем задохнётся, ибо кровь неудержимым потоком льётся из ран.

«Хочу видеть, – плача от счастья, думала Мара. – Хочу лицезреть свет». 

Но свет не приходил, факел начал затухать.

«Рычаг!».

Мару словно молнией поразило.

«Ещё не всё.

Сердечко моё славное, продержись на пару ударов поболее, – молила Мара, – дай закончить дело важное. Сослужи мне службу свою последнюю».

Но сердечко не послушалось, мрак подступал, и тут оберег вспыхнул. Свет разогнал тьму, придав Маре сил. 

Мара открыла глаза, тело послушно подчинилось.

«Откуда силы взялись только? Неужто оберег и вправду волшебный?» – Мара сего не ведала, но встала, подошла к рычагу и повернула. 

Сзади обрушился лестничный марш, где Мара только что лежала.

Жар подступал.

Тетраэдр начал медленно вращаться по часовой стрелке, а факел внутри против часовой, и с каждой секундой скорость нарастала.

Жар пожарища стал нестерпим.

Мара улыбнулась.

«Всегда думала, могу ли я летать. Вот и повод хороший».

Смотровой парапет ещё не тронул огонь, но снизу пламя подбиралось стремительно. Она взглянула вниз.

– Лаз!

Любимый всё ещё сражался на стене, в полном одиночестве, в окружении десятка врагов.

– Ма-ра-а-а-а-а! – ветер донёс его полный отчаяния зов.

– Мара!  Нет! Мара!

– Уходи! – крикнула она и тихо добавила: – Я люблю тебя. 

Сзади нарастал мощный гул. 

Механизм сигнала разогнался до такой силы, что сделал воздух желеобразным на пять метров вокруг, и, когда Мара прыгнула через перила, она просто застыла в воздухе, в трёх метрах от парапета.

«Лечу-у-у-у!»

Свежий воздух наполнил лёгкие, неудержимым потоком обдувая и отгоняя жар, а потом всё поглотил свет.