(Не) один

— Не обнимать тебя так долго — это была мука.

 — Это было наказание? — всего лишь догадка.

 — Да, извращённое наказание. Сначала я сам хотел оказаться в школе. А потом я мечтал забыть всё — но мне этого не позволили. Я должен был смотреть на тебя изо дня в день. А ты меня в упор не видела.

 — Долго? — Я прикидывала в уме, получалось не больше месяца.

Он покачал головой.

 — Недолго. Но достаточно, чтобы многое переосмыслить. Достаточно, чтобы прочувствовать момент.

 — Ты расскажешь мне, что случилось в ту ночь, когда… ну, когда ты… — “когда ты плакал”, — когда позвонил?

 — Мне страшно.

 — Рассказать?

Марк кивнул.

 — Почему?

 — Ты снова подумаешь, что я — чудовище. И будешь права. Я чудовищный идиот, если что.

 — Самокритично.

Марк обнимал меня, смотрел в черноту окна, сжимал плечи ладонями.

 — Некромантия — это неэтично.

 — К чему это? — Я нахмурилась.

 — Я как-то говорил тебе, что маги могут использовать и жизненные силы, если Мрака нет.

Да, было дело. Я кивнула. Сама такое не практиковала, но помню.

 — Некромантия — это способ сделать из тела источник магии, потому что оно хранит печать жизненных ресурсов, помноженные на эманации смерти.

 — Но это же круто! Вспомни тех же букашек!...

 — Никогда не говори о некромантии восторженно, — прошипел Бейло в ухо. — Никогда, нигде, никому. Вообще не заикайся на эту тему. Я рассказываю это тебе по нескольким причинам: ты и так знаешь кое-что об этом, ты попросила рассказать о том, что случилось тогда, и мне нужно покаяться.

Я вздрогнула.

Марк усадил меня на край кровати, а сам сел передо мной по-турецки.

 — Помнишь Наташу Степанову?

 — Да, — господи, кажется, я уже не хочу ничего знать!

 — Чтобы исправить всё, что я натворил, чтобы вычистить воспоминания целой школе и особенно тебе, пришлось ею пожертвовать. 

Пожалуй, я знала, это еще когда только задавала вопрос.

 — Что именно ты сделал?

Марк покачал головой.

 — Я приобрёл тогда полезный опыт. И выучил болезненный урок. За всё надо платить. Что именно и как, прости, я рассказать не могу. Когда-нибудь потом, если тебе только самой пригодится это знание.

Мне? Пригодится?

Пригодится…

Ну, нет, спасибо! Нет. Нет-нет-нет!

 — Как ты? — я погладила его по лицу.