(Не) один

Нравилось накладывать чары на вещи.

А мысли людей… были все так же неприятны. Стало привычкой закрываться от окружающих, и по-правде говоря, я и так всю жизнь этим занималась. Меня и раньше сложно было назвать душой компании, а сейчас я вовсе отрезала себя от окружающих.

Скучала по Олесе время от времени, и пару раз заводила разговор о том, что, может, стоило бы помириться. Марк на это пожимал плечами, а я раз за разом приходила к мысли, что да, это дурная, бесполезная затея.

Моя жизнь стала богаче. 

Моя жизнь схлопнулась до Марка, магии и дома.

Павел открыл заднюю дверь чёрного седана, и Марк вышел из машины.

В последний месяц он старался останавливаться в квартале от школы, но местные сплетники это заметили. И теперь жужжали о том, что он пытается казаться своим в доску, раз уж выбрал себе в девушки какую-то посредственность.

Совру, если скажу, что мне это приятно. Но трогает ли?

Однако, Марка это, видимо, задело: уже третий день подряд он демонстративно снисходит из авто прямо перед школьным крыльцом.

 

Ох, как же, наверное скрипят сейчас зубами злопыхатели! Я усмехнулась.

«Обернись!» — Марк услышал меня, повернул голову и улыбнулся.

Я подбежала к нему, обняла, кивнула Павлу. Не уверена, что хотя бы парой существенных фраз за все время обмолвилась с водителем, но всегда приветствовала, когда видела. Авось зачтется.

 — Предлагаю сходить завтра в театр.

 — Ой. Мне даже надеть нечего… — никакого лукавства. Со шмотками у меня и правда все плохо. 

 — Ну, вот и повод сделать тебе подарок.

 — Эй, не надо! — Ненавижу быть обязанной.

 — Считай это платой за то, что кормишь меня каждый день и за ангельское терпение твоего отца.

Я скривилась. Хотя… пожалуй, резон в этом есть.

Мы подошли к нашим шкафчикам — Марк договорился, чтобы теперь они были рядом.

Мой шкаф обходили по широкой дуге. Надпись «сука» была на нем по-прежнему, и, странное дело, радовала. 

Заставляла не забываться.

Я всё еще в гадюшнике, и этот факт подтверждал выросший чёрный монстр, который слушался моих команд.

Он отожрался так, что хватало и на защиту соседнего шкафа, и даже на редкие касты по мелочи. Одна беда, куда лучше он слушался, только если во мне была хотя бы крупица Мрака. А так обычно эта чёрная маслянистая масса просто тихонько чавкала и изредка довольно урчала, если кого-то удавалось цапнуть.

Ну, чем бы чудище ни тешилось, лишь бы в шкафу не гадило…

 — Хорошо, идёт, что-нибудь купим.