Кровь ведьмы

– Арвен! Он же ушел с этим Варгердом! – вдруг вспомнила я. – Он должен быть в этой сотне!

И рванула вперед, пытаясь отыскать его средь мертвых тел.

– Стой, дурак! – крикнул в след Гелар. – Стой! На восток! Идем на восток! Уходим!

Арвена я так и не нашла. Тела оказались слишком сильно изуродованы. Если он и был среди погибших, я могла попросту не узнать его. Живых тут не было. Пришлось догонять свой десяток.

Небо над нами подернулось свинцовой дымкой. Тяжелые тучи надвигались с севера. Казалось, они хотят раздавить нас, размазать по полю брани безо всякой битвы.

Запахло дождем, но не таким, какой приносил свежесть в летний зной, а по-настоящему осенним, промозглым и холодным. Небо стремительно темнело, и сразу не поймешь, то ли вечереет, то ли тучи слишком темные. Солнца почти не видно. Пейзаж кажется серым и безжизненным, будто все покрыло пеплом.

Двигались практически без остановок. Короткими перебежками через поля. Дальше путь шел через лес.

Почти стемнело. Но Гелар не позволял зажечь факелы.

Не позволил и сделать остановку на ночлег, поторапливал, говорил, что отдыхать на том свете будем. Очень смешно, как же.

Я почти смирилась с тем, что домой в ближайшее время мне не попасть. А теперь, кажется, мне придется смириться с тем, что я вообще никогда туда не вернусь.

Перед глазами все еще стояло поле, устланное трупами. Я все еще слышала стоны умирающего гонца. Кровь, всюду кровь. Мои руки в крови. И эти жуткие искореженные тела. Был ли среди них Арвен? А вдруг в следующей битве среди этих тел окажусь я?

Мне было страшно, но я смертельно устала.

Слишком устала даже для того, чтобы бояться. Страх запрятался где-то в глубине души, и теперь отдавался лишь тянущей болью в груди. Хотелось только упасть и умереть. Ноги болели так, будто их переехала телега, но я все еще заставляла себя переставлять их. По темному лесу мы шли медленнее. Солома в сапогах стала влажной.

Гелар разрешил взять из обоза хлеб и перекусить прямо на ходу. Я жадно впилась зубами в засохшую корку.

Голова перестала кружиться, но от этого не легче. В лесу сыро и холодно.

Кажется, мы шли всю ночь. Потому что когда лес, наконец, закончился, я увидела, как забрезжил рассвет. И там что-то было. В предутреннем тумане не разглядеть силуэтов. Но там что-то двигалось. И от этого становилось жутко.

Мои спутники обнажили мечи. Не все, только те, что шли впереди. Я услышала характерный лязг. Обоз с провизией остался в лесу.

– Что там? – спросила.