Кровь ведьмы

Старалась ступать так же бесшумно, как он сам умел это делать.

Лунный свет, проникавший в окно, освещал белые одежды лорда. Он лежал на спине совершенно неподвижно. Лицо как маска. Казалось, он и не дышит вовсе. Так тихо.

Сжимая побелевшими пальцами рукоять, занесла над ним нож. Один удар и все закончится. Не будет больше ни войны, ни рекрутчины, ни погибших. Один удар… Но так трудно ударить беззащитного.

Яркая вспышка озарила комнату в момент удара. Потолок вдруг стал лиловым, будто по нему жидкость растеклась.

И так ярко, что глаза заслезились. Цветные молнии пробежались по стенам, и над самим лордом вдруг что-то завертелось, будто водоворот, только уходящий вверх, в потолок. Мне показалось, что мир перевернулся.

Его веки дрогнули, и Дайн распахнул глаза. Они были точно такого же цвета, как и всполохи в комнате. Нож выпал из ослабевших в миг пальцев. В следующее мгновение запястье больно сжали. Я увидела кровь. Кажется, свою собственную кровь, платье на боку стало мокрым и горячим.

Дайн смотрел на меня с удивлением, беззлобно. Но его нестерпимо розовые глаза обжигали, я чувствовала, как кожа плавится, как на ней появляются ожоги. Запахло горелым мясом.

– Зачем, Аурена? Зачем же ты… – произнес лорд, а я закричала так громко, как только могла. Задрожали канделябры, стекла стали трескаться, послышался звон…

Мне больно и страшно. Не справилась. Гелар, Арвен, Гарвен, Дварханд, Кайвин… все они умерли напрасно. И я умираю…

Глава 9

– Зачем, Аурена? Зачем же ты пришла? – я все еще слышала его голос.

Боль прекратилась. В один миг тело перестало гореть. Я вообще больше ничего не чувствую.

Потолок надо мной самый обычный, беленый, с лепниной. Канделябр сияет десятком свечей. Окна целы. Но это не моя комната. Рядом на постели сидит Дайн. Его тонкие пальцы осторожно перебирают мои волосы. А я лежу. Кажется, это его постель.

– Зачем? – растерянно повторил лорд. Другая рука все еще сжимает мое запястье.

– Чтобы остановить войну, – ответила.

Голос охрип, наверное, сильно кричала.

– Ты и впрямь хотела убить меня? – почему-то он улыбается.

– Тогда бы война закончилась. Ведь ты ее начал.

Его рука выпустила мое запястье, скользнула вниз, к бедру. Дайн бесцеремонно задрал юбку, и теперь холодные пальцы касались небольшой, но глубокой раны.

– Ты поранилась, – произнес лорд, – но я залечу эту рану, – его рука вдруг стала горячей, будто у него жар. Очень сильный жар.