Кровь ведьмы

– А запасных сапог там нет? – поинтересовалась, потому что ходить в обмотках даже поверх туфелек не слишком удобно.

– Нет, только плащ, но теперь сможем купить тебе сапоги в ближайшем городе.

– А где он, ближайший город-то?

– Понятия не имею, – пожал плечами Кайвин.

Глава 13

От верховой езды устаешь не меньше, чем от пешего хода. Особенно, когда сидишь не в седле, а перед всадником. Неудобно, на каждой кочке бьешься задницей, вцепляешься в гриву до побелевших костяшек, ноги в напряжении, чтоб коленями не сжать животинку, а то ведь понесет.

Кайвин еще торопился, пускал лошадку галопом через поля.

Когда мы добрались до города, у меня болело все. Руки задеревенели, ноги отнимались, а спина и то, что ниже, болели так, будто меня палками избивали.

Город не наш. Миражский. Я это сразу приметила. Ворота открыты, будто и не идет война. Городская стража на нас внимания не обратила вовсе. Вот если бы в Апенштод так захотел въехать всадник без опознавательных знаков, его бы замучили расспросами, куда, зачем и почему, потом к момрам бы послали.

А тут даже головы в нашу сторону никто не повернул.

И, по всей видимости, мы тут не одни такие. Почему-то на улице были по большей части одни мужчины, воины. И одеты они были почти как мы, будто тоже собирали с разных трупов доспехи. У одного даже сапоги разные. Я невольно улыбнулась.

– Наемники, – прошептал Кайвин, – Значит, мы у самой границы миражских земель.

– Одеты почти как мы.

– Да-да, – согласился он, – И мы тут легко сойдем за своих.

Только рот лишний раз не открывай. И ни дай Двуликикие, кто узнает, что ты девка. Понял, Рен?

– Понял, – согласилась, едва не выпалив «поняла».

– Двигаем на постоялый двор. Пожрем и выспимся. Заодно и узнаем, кончилась ли война.

Вот, зачем он мне только напомнил? В мыслях сразу всплыл образ Дайна, еще живого. И глаза у него вовсе не страшные были, красивые, сиреневые. Куда страшнее они стали, когда его мертвая голова лежала отдельно от тела…

Захотелось плакать, а плакать нельзя.

Руки сжались в кулаки, ногти впились в ладони до боли, стиснула зубы до скрежета, не давая воли слезам.

Глубокий вдох.

Кажется, успокоилась. Пытаясь на выдать своих чувств, заговорила:

– А если нас и тут в рекруты заберут? Или как тут у них называется наемничье войско? И мы с ними пойдем?

– В авантюрьеры? – говорил Кайв шепотом. – Ты сдурел совсем? Это ж враги. Хочешь драться против своих же? Это ж они наши города разоряли.