Хаос. Второй шанс на жизнь

— Кстати, а где они?

Все переглянулись с какими-то растерянными лицами. Внутри зародилась какая-то дрожащая паника. Кружка рассыпалась прямо в руке. Ангуст вздрогнул, отскочив от стола, а Зерберг выронил вилку, подавившись кусочком отбивной.

— За этими девицами нужен глаз да глаз! — Крикнул, вытерев руки от темного напитка.

— Неужели они так опасны? — Виль нахмурился, переняв мое беспокойство.

— Поверь мне, — сделав глубокий вдох, поднялся, — они порождение того самого Хаоса. Особенно рыжая бестия.

Екатерина Стрелкова.

— Ты же понимаешь, что нам влетит за это? — Прошептала Саон, скрывшись под столом.

— Конечно, влетит! — Как само полагающее, ответила я. — Особенно от Вильгельма.

— Богиня! — Прошептала Ния, ползя следом за мной под столом. — Ты даже короля по имени называешь!

— Он милый, — я улыбнулась. — Если бы вы видели, как мило он спит.

Девочки переглянулись, закатив глаза.

На завтраке повариха Хубинс выдала десерт всем, кроме новичков, то есть нас. Именно поэтому мы с девчонками решили ограбить кухню.

Поварихи пыхтели у магических плит, а мы ползли у них за спинами под столом. Конечно, узнай Кайлайн и нам всем влетит. Ведь мы в замке! В столице Эдельгвеера!

Булочки были совсем близко. Ния стащила маленькую плетеную корзинку, а с меня и Саон оставалась выпечка. Тарелка как раз находилась напротив, но слишком далеко. Одна из поварих обернулась с банкой солений. Мы ели успели присесть!

— Эй! Откройте кто-нибудь эту банку! — Бросила женщина подчиненным.

— Минутку! — Крикнула другая.

Банка оказалось на соседнем столе. Поварихи нас чудом не заметила. Ния побледнела, вцепившись в корзину.

У противоположной стены мелькнул силуэт в черном. Капюшон скрывал лицо неизвестного. Он перекатился к столу и прижался к ножке. И судя по тому, как этот кто-то смотрел на соленья, не нас одних мучают голодом. Даже жалко стало. Некто попытался дотянуться до банки, но  у него не получалось — рука не дотягивалась.

Вытянув руку, я медленно, силой мысли, подвинула банку к краю стола, навстречу руке голодающего. Тот заметил нас, взял банку и кивнул. Повара начали о чем-то возбужденно переговариваться и бегать. Женщины явно потеряли соленья. Некто в темном кубарем перекатился к нам и прижался рядом, крепко обнимая банку.

— Кать, нужно уходить, — прошептала Ния.