Пробуждение

И бесконечная Вселенная принимает новую, далеко не последнюю порцию наслаждения.

А потом он взял на руки ослабевшую Анастасию и понес  на кровать, чтобы подарить себе главный подарок-желание, о котором он давно мечтал. Он точно и не помнил, когда бессознательно захотел ее – может, когда обнимал гибкое тело, заставляя потопить избитый штормом корабль, а может, когда услышал ее пение на пустынном корабле. Не исключено, что он родился с этим желанием, и оно погнало его в далекую Атлантику совершать ужасные подвиги ради встречи с Анастасией.

 «Черная акула» забытая и брошенная капитаном, не споря с течением, приближалась к ядовитой белой мгле.

Все ласки испробованы, все тела исследованы. Пришло время завершать обряд знакомства. Пришло время отправляться в призрачные миры сексуального блаженства.

Гибкое тело человека-зверя мягкими, упругими толчками приближает астральный полет. Четкий ритм, горячее дыхание, стук сердца – одно на двоих. Одна цель впереди, одна дорога к ней.

Как в сладостном сне видела Настя волнующие миражи зеленых островов, она и он на золотистом побережье, соленый прибой лижет ноги. Потом мерцание звезд-ночников в огромном зеле, где проходили тренинги по выходу в астрал. Наставник шепчет: «Иван не вернулся». Боль от потери и Настин крик: «Ванечка, где ты?!» 

 За оргазмом долгим эхом тянется протяжный вскрик, томительный вздох и слабый шепот: «Ваня…»

Чужое имя сильно испортило отношение Алексея к Насте. А Настя продолжала наслаждаться затихающей пульсацией внутри себя.

Эротическая нирвана не отпускала из чудесного плена, в котором она была уже одна. Капитан лежал рядом, искоса поглядывая на разгоряченную девушку, утомленную и еще горячую, покрытую алмазными каплями солоноватой росы, и зло задавал себе один и тот же вопрос: «Какого Ванечку она зовет?»

От Насти он не надеялся получить ответ, он уже понял, все женщины врут: «Должно быть, есть что скрывать. Барышня с прошлым…» - охлаждаясь и отдаляясь, думал оскорбленный Алекс Горн.

Обида росла и постепенно вытесняла все доброе, человеческое, что на короткое время дала ему любовь.

После интимного сближения Настя ожидала, что последует сближение душевное. Во всяком случае, она надеялась увидеть другого Горна: чуть мягче, чуть открытее, немного человечнее, а не такого злого и безучастного. Но перемены не случилось, рядом с ней лежал все тот же суровый, одинокий «морской волк».