Пробуждение

Капитан больше не хотел идти в открытую, а то как бы, действительно, не оправдалась злая поговорка о бабе, беде и корабле.

Настя сидела одна в своей каюте. Следов Федькиного преступления уже не было, но тоска всё так же разъедала душу, потому что привязалась она к собаке сильнее, чем положено.

Время подходило к ужину. В камбузе было тихо, печь затухла и никаких приготовлений к вечерней трапезе не наблюдалось. Всё, что Настя успела приготовить до убийства Пятницы - пираты смели за обеденным столом. К ужину ничего не было.

Однако Настя не торопилась к кухонной плите. Она не допускала мысли, что сейчас пойдет и нажарит-напарит Федькиным дружкам много всякой вкусной еды, чтобы они могли набить свои мерзкие желудки, чтобы они сытые-довольные отвалили ко сну. Спокойному и глубокому. Не будет такого! 

-Душа из тела. Тело в воду, -  процедила сквозь зубы уже знакомые слова. И в этот раз осознанно стала ждать исполнения приговора.

И сколько не прислушивалась к себе Анастасия, ничего кроме злости и ненависти к, оставшимся в живых, пиратам она не испытывала.

Не жалко ей было человеческой жизни, положенной на одни весы с жизнью собачьей.

- Я этих тварей кормить не буду! Пусть они все сдохнут! Все сдохнут! – и вмиг лицо ее потемнело, взгляд наполнился, голос стал тихий уверенный, -  Душа из тела. Тело в воду. Да будет так. 

Осознанно. Как будто делала это уже ни раз. Ладони вверх. В них сразу вошел поток той самой энергии, которая творит чудеса, гасит волны, бьет на расстоянии.

Потом, стряхнув с себя очарование колдовства, Настя  пружинистой походкой пошла на камбуз, готовиться к встрече с юнгой, которыйдолжен прийти за ужином.

Настя ждала его не долго. Она только успела достать самый длинный нож и спрятать его за спиной, как дверь открылась, и в камбуз вошел хмурый юнга. Его лицо стало еще злее, когда он увидел остывшую печь и эту чертову повариху, которая хочет неприятностей. Пресекая его вопрос,  Настя начала атаку:

- Ужина не будет. И не вздумай спрашивать почему! - не своим и даже не Женькиным голосом, предупредила Настя.

Вид у нее был как у ведьмы, которой сделали больно.

Юнга понял ее настроение и не стал злить девушку, которая не шутила.

Настя осталась в камбузе дожидаться, когда голодный юнга приведет сюда остальных пиратов, лишенных вечернего стола. Она была уверена, что с минуты на минуту с грохотом откроется дверь,  и ей придется пожалеть о своей дерзкой выходке. Но минуты шли, а дверь не открывалась.