Бес Покойный

Недельная диета в сочетании с паршивым состоянием здоровья, подкатывающей пневмонией и гемохроматозом сделали из меня живого мертвеца: скулы запали, кости торчат, нога синюшного цвета и черные вены ползут к животу. Плюсом, имея в наличии сносный нюх я даже сквозь насморк слышала неприятный запах исходящий от меня. Самой громкой мыслью в моем сознании была не еда и даже не месть, а ванная! Вот так мелочно я мыслила этой ночью, проснувшись от громкого копошения.

— Вы там совсем оборзели что ли? - каркающе спросила я и закашлялась, прочищая горло.

Мне ответили недоуменной тишиной, — Или сожрите уже меня, или дайте поспать.

Похоже, твари сегодня вновь отступили и дали возможность скоротать еще одну ночь. Успокоившись и насладившись абсолютной тишиной я задремала и прозевала момент появления в комнате нового действующего лица. Мокрый нос ткнулся в мою больную ногу и я, не придумав ничего лучше, заорала от неожиданности.

Влетевшая в спину со всего маху дверь заставила мои ребра возвопить нехорошими словами, а легкие упасть в кратковременный обморок, не дающий дышать. На пороге стояла злая Данкене и ненависть к ней заставила забыть о крысах.

— О, сестра Данкене, мне приснился такой страшный сон… — шепчу благоговейно, наблюдая за её расслабляющимся лицом, — Злые люди… —всхлипываю, — Они, они… Они не дали мне выпить души их детей, сестра Данкене. Представляете? Они прятали глаза младенцев платками и я просто не могла их выпить, не могла…

Дверь специально влетела в мои ребра с еще большей силой и закрылась за полыхающей служительницей.

Я была крайне довольна собой, гнев Данкене согревал мою душу и делал меня сильнее.

— Ну ты и дур-р-ра! — раздался в келье чей то чужой писклявый голос. Можно подумать, что это галлюцинации подъехали, пора бы, но нет — было неоспоримое доказательство того, что голос не плод моего воображения.

Сколь сильно бы я не сошла с ума — подсознание никогда не назовет меня дурой. Я у себя одна, знаете ли.

— Ты кто? — на всякий случай я подползла ближе к двери и сжала кулаки, давая понять, что живой не дамся.

— Бес, — безапелляционно заявил некто рядом со мной.

— Какой бес?!

— Покойный! — мокрый нос вновь настиг мою заднюю конечность, но на этот раз я отнеслась к этому философски: не жрет и ладно.