Блуждающие огни. Ведьма из леса

- Ну? И что вот это вот всё означает? – хмуро спросил Хамэйл, усадив дрожавшую Нару на скамью.

Она объяснила. И про мать, и про платье, и про зависть деревенских признанных красавиц. А потом призналась в любви – вот так вот запросто, хоть и не собиралась этого делать вовсе.

Хамэйл тихо выругался и отвернулся к окну. 

И тогда мир закончился, замер вместе с её сердцем, чтобы начаться заново лишь, когда он снова заговорил. Она мало что поняла из той длинной его речи, кроме того, что нравится, в самом деле, нравится ему, но она – маленькая дурочка, а мать её совершеннейшая взрослая дурища.

И что никогда не нужно делать такого: приходить в комнату к мужчине среди ночи, как бы её не уговаривала полоумная родительница. Потому что у девушки должны быть честь, гордость и доброе имя, и негоже их растрачивать из-за чьих бы то ни было капризов и тщеславных замыслов. Нара послушно кивала и ждала, когда же он её, наконец, обнимет. 

Он не стал. Только взял за руку, побуждая подняться, и проводил до двери.

Пожелал добрых снов и поцеловал в лоб. Дверь закрыл за её спиной, причём на засов.

Она осталась стоять в пустом холодном коридоре, в самом красивом платье, которое ей когда-либо доводилось надевать, в матушкиных драгоценностях и чувствующая себя глубоко несчастной. Она нашла в себе силы дойти до собственной кровати, но так и не сумела заснуть, проплакав до рассвета.

А на следующий день Чёрные уходили дальше на Запад. Немало слёз пролилось им вслед, немало девичьих сердец было разбито заезжими героями, но Нара постеснялась даже выйти проводить.

Только смотрела на исчезающую за поворотом дороги кавалькаду, притаившись за раскидистым терновником.

… А дома её оттаскала за косы мать. Била мокрой тряпкой по чём попало, тягала об лавку, причитая и бранясь попеременно. 

- За что? – обескуражено переспросила Эльэрвис. - Я слышала, что у вас, у смертных, могут осуждать слишком смелое проявление чувств.

Эрунну говорил мне. 

Нара затравленно вжала голову в плечи.

- Это стыд, госпожа ведьма. Это ужасный позор для честной девушки, если она до мужа с кем-то… Это никогда нельзя.

Эльэрвис запуталась ещё больше.

- И она тебя бранила за это? За то, что ты подумала, что полюбила? 

- Нет. Я ей не сказала. Только ему.

- За то, что ты к нему пошла? Но разве не она на этом настояла?

Нара разрыдалась снова.

- За то, что он меня не взял.