Блуждающие огни. Ведьма из леса

Не успела Эльэрвис присесть, как услышала: кто-то ломится через чащу. Вроде и безобидный – но пришлось обойти поляну, наложить отводящие чары.

А там – детишки в лесу заблудились. Повезло маленьким, что она их отчаяние в лесном шуме уловила. Отыскала, привела, обогрела. Смешные такие – и робкие, и любопытные. Необходимо стало отвезти их в деревню, а после заново заговаривать опушку – чтоб никто не наткнулся больше.

Эльэрвис была рада: обычно в её жизни было куда больше места размышлениям и созерцанию, чем деятельному труду.

Теперь же, когда вся суета миновала, она могла себе позволить взобраться с ногами на широкий подоконник, видимо, когда-то служивший прежним обитателям ещё одним столом; могла мечтать, наблюдая дождь за стеклом. А могла – с того же удобного места – рассматривать своего спящего гостя. Раньше как-то не до того было – она его раны узнала лучше, чем его самого. 

Он был молод, очень. Когда Эльэрвис была его ровесницей, её ноги ступали по совсем другим землям, а о существовании краткоживущего народа – людей – никто в Уумаре и догадываться не мог.

Эльэрвис вздохнула. Если всё будет продолжаться так, как предсказывал отец, ещё детям этого мальчика доведётся порадоваться солнцу и чистому небу над головой, а уже внуки могут ничего такого и не увидеть.

У него было красивое лицо – у людей нечасто встретишь таких тонких и гармоничных черт, будто у одного из айалэди.

Узкое, бледное сейчас лицо, чётко очерченные тонкие брови, длинные ресницы… Эльэрвис попыталась вспомнить цвет его глаз, а помнила только напряжённый, отчаянный взгляд. Будто бы глаза были тёмными – но так могло казаться из-за расширенных зрачков. Что ж, когда он откроет их в следующий раз, в них уже не останется боли, и она всё внимательно рассмотрит. А ещё к такому лицу должна очень идти улыбка.

Эльэрвис вдруг нахмурилась. Гость её глухо застонал, в сон его, до этого безмятежный, всё-таки прокрались непрошеные кошмары. Этого она никак не могла допустить.

Она оказалась на коленях у кровати мгновенно. Взяла за руку, зашептала, водя кончиками пальцев от локтя до кисти, согрела дыханием ладонь. Обычно этого хватало, чтобы отогнать самых страшных чудовищ, притаившихся под закрытыми веками.