Финория. Взгляд дракона

Дааро высунулся из своего дома и бесцеремонно сказал:

— Спроси, не являлись ли ему опять ложные драконы.

— Хочешь поскорее заполучить молодую дракониху? — поддел его граф. — Понимаю, весна.

— Ничего ты не понимаешь, глупый человек. Судишь по себе. А я хочу узнать, почему он до сих пор не оживил ни одного ложного дракона. Может, он уже растерял всю свою магию?

— Может, и растерял, — ответил Тион. — Граф, я к ручью сбегаю. Вспотел как лошадь, — и мальчик убежал в сад.

— Дай ему отдохнуть, Дааро. На него и так много свалилось.

— Ты ему рассказал про необходимость выбора?

— Да, сразу же. Не торопи ребёнка, пусть у него в голове всё уложится. Ты не забыл, что мы сегодня летим в Хинорию?

— Лучше завтра с утра. Прошлой ночью я летал над горами, и там творилось неладное: что-то гудело, и я видел лиловые вспышки.

— Может, гроза? — предположил граф.

— Может быть. Хотя не похоже на гром и молнию — вспышки были долгими. Лучше пока не соваться туда по темноте.

— Как скажешь, Дааро. Ты знаешь, что я всегда доверяю твоему чутью.

Надеюсь, Наи успел вчера добраться до Хинории до того, как это началось. А зачем ты там летал, если не секрет?

— Секрет, — злорадно ответил дракон.

— Охотился? Или ты ешь зерно, как вабран? Чем ты вообще питаешься?

— Болтунами в зелёных шапках с пером, — ответил Дааро. — Не буди меня до пяти утра. — И улёгся на соломе, выставив наружу хвост.

16. Принцесса и звездочёт

Линарий раскинул гадальные карты — не на столе, как обычно, а на своём диване под окном в библиотеке.

Ему хотелось поразмышлять над раскладом долго и не спеша. Белые круги с надписями и картинками, доставшиеся людям в наследство от народа Эль, причудливой мозаикой легли на зелёный бархат, показывая события сегодняшнего дня и давая туманный намёк о будущем. Этим видом гадания большинство звездочётов брезговало, считая его уделом балаганщиков, но Линарий верил в мудрость народа Эль. Он гадал малой колодой в сорок карт, четверть из которых означает смерть.

Балаганщики и деревенские жители тоже любили гадать на эльских картах, но народные трактовки сильно исказили значения.

Было даже напечатано несколько мелких книжонок на жёлтой бумаге — учебников для шарлатанов, где карта «Печальное прощание» трактовалась как перемена места работы, а «Закрытый экипаж» — как начало нового этапа в жизни.

Линарий всегда скептически кривился, когда слышал такие интерпретации. Благодаря таким вот доморощенным гадателям эльские карты превратились в посмешище.