Яшмовая Магическая Академия

Мира ела тихой мышкой, поддерживая этот односторонний разговор лишь кивками и неловкими улыбками. Наверняка на следующих дополнительных тренировках Книжник оторвется на ней за отлуп со Словарником! А может, ему уже надоело гонять нерадивую ученицу –видит же, что безнадега полная?

Ничего не забывший и не простивший Криспин глянул на Миру красными от недосыпа глазами.

- Пошли!

Лесовичка едва не подавилась:

- Куда? – Ее мысли прочел, сейчас на занятие по огнёвке погонит?

- Ректор зовет. Тебя и меня.

В округлившихся золотистых глазах баронессы так и читался вопрос: «А меня?!». Но Ама его не озвучила: даже бесконечная любовь к «статусным» не могла перевесить трепета перед ректором Яшмовой Академии.

Оказывается, ректор «позвала» их как раз в Мирину комнату. Дверь нараспашку, заветная корзина вытащена из-под кровати, а на самой постели лежит распахнутый Словарник, страницы которого Главная Ведьма перелистывает длинным мундштуком незажженной сигаретки.

Посасывая многочисленные царапины на своих руках (молодец корзинка, не сдалась без боя!) находившийся тут же староста что-то серьезно втолковывал Ведьме, когда порог комнаты перешагнули Криспин и тащившаяся следом Мира.

- Вот и вы! – Будто очень рад обоих видеть. Но озабоченный взгляд противоречил его приветливому тону.

Продолжая неспешно перелистывать страницы, ректор произнесла задумчиво:

- Пора бы уже обыскивать студентов не только на предмет проносимых из города хмельных и дурманящих зелий, но и таких вот внезапных артефактов…

- А я ей вчера говорил! – мгновенно завелся Криспин.

- То есть вы знали?!

- Ну, - хмуро подтвердил Криспин и вперился в окно, словно за ним, дождливым, обнаружилось нечто весьма занимательное.

- И не доложили мне.

Вместо повторения своего «нуканья» парень повел плечом, что получилось не менее выразительно: мол, да, и что?

- Лесовичка, - обратилась ректор так сладко, что у Миры просто волосы стали дыбом.

- Да вряд ли Мира сможет…. – попытался вмешаться Артур, друг глянул на него исподлобья.

- Я бы в этом не был так уверен!

- Да это же совершенно невозмож… - и староста умолк под брошенным на него выразительным взглядом ректора. Женщина постучала мундштуком по распахнутой книге.