Забери мечту с собой

Мужчины стояли напротив и внимательно слушали меня, только чуть нахмурились, когда я сказала про людей. Поэтому продолжила более настойчиво, ведь это мой единственный шанс:

— У меня осталось не больше четырех дней, потом я уйду от вас. Я хотела… Я хочу предложить вам пойти со мной. Если мы поторопимся, то успеем выполнить ваше задание, ваши обязательства будут выполнены, вы станете свободными и смогли бы пойти со мной…

— Куда, Сири? Куда уйти? Где твой дом?

В голосе Романа интерес смешался с глухой тоской.

Скорее всего, я верно предположила, что свободы им все-таки не хватает.

— В другой мир, Роман! Мой мир называется не Земля, а Цисса. Я попала к вам через временной переход, который сомкнется, как только я вернусь назад. Он одноразового действия и работает по принципу «туда-обратно» с разницей во времени в одну фазу луны. Я думала обернуться за две недели, но, похоже, разница во времени между нашими мирами все-таки есть, потому что количество дней оказалось меньше. Поэтому через четыре дня мироздание вернет меня обратно, на прежнее место, только спустя две недели.

Я не знаю, что меня там ждет, но буду готовиться к худшему. Главное — добраться до границы с Рассваном, через нее никто не сможет пройти. Страж не позволит.

Глеб поднял руку, останавливая меня, и задал вопрос, судя по их изумленным лицам, беспокоивший всех троих:

— Ты утверждаешь, что пришла к нам из другого мира, Сирила?

Я ответила, иронично прищурившись:

— А что, в это сложнее поверить, чем в существование оборотней, и что одна из них лежит в твоей постели?

Сначала все, как они говорят, охренели, потом первым не выдержал Виктор, за ним Роман, Глеб рассмеялся последним.

После того как друзья немного успокоились, он также иронично ответил:

— Да, я как-то забыл про тот факт, что ты лежишь в моей постели!

Настала моя очередь краснеть и смущенно отводить взгляд. Но один вопрос меня слишком волновал, чтобы оставить его при себе:

— Глеб, как ты узнал, что я оборотень? Для мира, в котором оборотни лишь детские сказки, ты слишком быстро догадался о моей тайне.

Он внимательно осмотрелся, не спешил почему-то отвечать, потом все-таки соизволил:

— Не знаю, Сири! Просто, когда увидел твою рану, все как-то так сложилось в единую картинку. — Слегка улыбнулся, так тепло, мягко, что у меня тоскливо защемило в груди, и продолжил: — Твои непохожие на человеческие ушки с кисточками, ты ими так смешно двигаешь, когда прислушиваешься.