Забери мечту с собой

Услышав короткий четкий вопрос, я неуверенно продолжила, задрав к нему лицо и пытаясь определить отношение к, наверное, неприемлемому для человека предложению:

— Ну… либо ты становишься стерхом и сам решаешь эту проблему, либо нам придется кому-то доверить ее решить в первый раз, потому что потом я смогу удержать контроль — буду знать, что это такое и как себя вести.

Его злобное утробное рычание было для меня сладкой песней и надеждой на семейное счастье. Если он так рычит, будучи человеком, то что у него получится после обряда?

— Я сам займусь решением нашей проблемы! И убью любого, кто посмеет предложить тебе свои услуги в этом деле, Сири.

Я стиснула зубы, чтобы не взвыть.

— Но я обещаю, малышка, все сделать для того, чтобы мы вместе вернулись в твой Рассван.

Мягко поцеловал, потом, отстранившись, аккуратно поправил на мне одежду и, взяв за руку, повел в лагерь.

В котелке над костерком уже вкусно булькала каша. Отряд дружно уставился на нас, кривя в понимающих улыбках лица. Я представила, как выгляжу с горящим лицом, по которому еще и Глеб щетиной прошелся, и зацелованными губами, и смущенно покраснела. Хорошо хоть Глеб мою одежду в порядок привел, потому что сама об этом вообще не подумала.

В «чувства» меня привел едкий, насмешливый Мишкин голос, чтоб его Шассе забрал:

— Ну что, командир, ты ее уже пометил?

Глеб зло зыркнул на друга и, демонстративно взглянув на свою внушительных размеров ладонь, не менее ехидно ответил:

— Нет, Мишань, а если еще раз что-нибудь подобное услышу, с удовольствием помечу твою рожу, кошак ты недоделанный.

***

Вчера был трудный и долгий день с большим переходом, а сегодня мы снизили скорость и шли, тихонько разговаривая друг с другом. Ребят в первую очередь интересовало, каких животных я в них видела и рассказы о них. О моей сущности узнали шестеро мужчин из пятнадцати, поэтому верили всему, о чем я рассказывала, не в какую-нибудь сказку, а вполне реальную историю, поэтому с жадным любопытством внимали каждому моему слову.

Вообще я старалась держаться ближе к тем, кто знал обо мне. Из всей группы, по моим наблюдениям и ощущениям, подходят для прохождения обряда одиннадцать человек. Остальные четверо — просто хорошие солдаты и люди, поэтому не хотелось говорить о многом при них.