Забери мечту с собой

Риол между делом подыскал каждому из них побратима для проведения обряда и попросил их познакомить пришлых воинов с жизнью и традициями стерхов.

Как только представили будущего Князя теперь уже своему народу, мы направились в дом, где плотно позавтракали. Потом Глеб решил сначала в баню сходить и меня с собой позвал, но я стыдливо отказалась. Он весело хмыкнул про «все впереди» и ушел. Я заранее попросила никого не беспокоить ни меня, ни Глеба и забралась в нашу общую постель, с трепетом ожидая его.

Муж вернулся скоро, с голым торсом и в штанах, низко сидящих на бедрах, позволяющих любоваться его великолепным телом.

Ласкать взглядом его золотистую кожу со старыми ранами, оставшимся от его человеческой жизни, длинные мускулистые ноги, мощный торс, грудь с темными короткими волосками, спускающимися узкой дорожкой за пояс. Подняла глаза к его лицу и вздрогнула, утонув в горящих желанием и страстью сумеречных глазах. Мягкой кошачьей поступью муж двинулся ко мне и, присев перед кроватью на корточки, резко сдернул с меня одеяло, отложил его в сторону, не отрывая от меня темнеющих глаз. Я судорожно облизала пересохшие губы, пока он снимал штаны. И вздрогнула снова, когда раздался его тягучий хриплый голос:

— Мне тоже страшно, Сира, как и тебе! — Глеб склонился надо мной. — Я боюсь причинить тебе боль, в первый раз ведь всегда больно, девочка моя. Боюсь причинить тебе вред, когда обернусь снова. Или того, что мой зверь причинит вред твоей волчице.

Я смущенно улыбнулась и успокоила его:

— Глеб, любимый, ты не беспокойся, наши животные половины гораздо проще относятся к такому виду отношений.

Я люблю тебя и верю тебе!

Сняла короткую ночную рубашку и потянулась к своему мужчине. Обхватив его шею руками, зарылась пальцами в волосы на затылке и начала целовать его лицо, медленно подбираясь к губам. Он ответил на поцелуй, я чувствовала, с каким трудом ему удается сдерживать свой голод, но не боялась. Как только мы соприкоснулись телами, во мне словно пламя вспыхнуло, с каждым мгновением нашей близости разгоравшееся.

Глеб уложил меня на спину и склонился до мной. Я с восхищением и не меньшим желанием смотрела на него, понимая, что не просто люблю — боготворю его!

Наше первое слияние! Страстные ласки, первый стон боли, а потом только стоны блаженства и невыносимо прекрасного наслаждения. Рычание и рев удовлетворенных любовников, счастье обретения своей половинки, радость единения.