Сладкая ложь

— М-м, нет, поставь его чуточку левее, — неторопливо произнёс Кроули, удобно расположившись на мягком покрывале. Вампир выглядел немного озадаченным, всё пытался подобрать верное место для огромного зонта, чтобы тот полностью загородил беспощадное солнце.

— Так сойдёт? — стиснув зубы, поинтересовалась серовласая, в очередной раз переставляя тяжёлую вещь. Сейчас девушке было очень душно и до жути хотелось раздеться. Она про себя возмущалась тому, что остальные слуги пережидают жару в прохладном особняке, пока она корчится здесь.

Но кто ей позволит ослушаться хозяина?

— Хм-м, нет, всё же раньше он стоял лучше, тебе так не кажется? — мягкий баритон звучал крайне надменно из уст обнаглевшего мужчины.

— Мне кажется, что сейчас этот чёртов зонт замечательно стоит! И солнце на вас не попадает, что не нравится то?! — прошипела Вайлет, вытирая испарину со лба. Юная особа уже около получаса двигала туда-сюда тяжёлый зонт, проклиная всех и вся.

— Ладно, оставь это и налей мне крови.

      Аристократ облизнулся, тем самым заставив горничную немного покраснеть.

Несмотря на отвратительный характер, Юсфорд всё равно оставался крайне обаятельным. Сегодня пуговицы на рубашке Основателя были расстегнуты, хотя такого раньше никогда не наблюдалось средь белого дня. Голубоглазая не знала, как на это реагировать, поэтому просто промолчала. Её сердце билось часто, заставляя кровь быстрей бежать по венам. Девушка толком-то не понимала, от чего это происходит, но вот бессмертный точно знал причину — возбуждение. Их чувства взаимны, но долгое отрицание и воздержание привело к безудержному желанию.

«Чем упорней она сопротивляется, тем сильнее меня к ней влечёт.Я давно поймал себя на этой мысли, и сейчас она никак не вылетает из головы… Если я буду напористым, мой мышонок не сбежит от меня?»

      Влечение — странная вещь. Вроде бы оно наше, но мы над ним не властны. Мы решаем, как нам поступать, но на самом деле влечение часто решает за нас, толкая на самые странные, безумные поступки.

Чувственное влечение обладает такой силой, что способно восторжествовать и над разумом, и над волей. Люди часто боятся признаться в том, что их друг к другу тянет, страшатся быть непонятыми, отвергнутыми! Но сейчас не тот случай, чтобы медлить и подавлять в себе нарастающее возбуждение.

— Ваша кровь, сэр! — бросила Вайлети, пихая бокал вампиру прямо в лицо. Тот, усмехнувшись, принял его и сделал несколько глотков.