Сладкая ложь

Он не мог позволить себе сорваться и превратить первый раз его малышки в несдержанный выброс эмоций, подкреплённый диким животным желанием. Да, это похоже на мазохизм…

«Чёрт, я должна признаться ему! Я должна всё рассказать… Мне больно от того, что обманываю его. Кроули так сдерживается ради меня, а я веду себя как последняя сволочь — хуже Молоха…»

— К-кроули, я…

— М-м, говори…

— Я-я…на самом деле… в общем… брыкаюсь во сне, — выдала Вайлет и крепко стиснула зубы от злости на саму себя. Она считала себя никчёмной и жалкой.

— Правда? Мне плевать, ведь я люблю тебя.

      Голубые глаза широко распахнулись и наполнились слезами. Всё хрупкое тело задрожало, словно листик на ветру, и из глаз потекли горячие слёзы. Вампир удивлённо отодвинулся, не понимая причину такой реакции. Девушка не плакала уже очень долго. Она сдерживала себя всё это время? Нет, ей просто было плевать на окружающих людей и события, происходившие вокруг неё. Равнодушие стало занимать огромное место в её холодном сердце.

Так было до встречи с Юсфордом… Он признался ей в любви и остатки ледяных оков рухнули — разлетелись на мелкие кусочки, открывая место для других эмоций и чувств.

— Спасибо тебе, Кроули, — шепнула Эрестер и крепко обняла мужчину, не собираясь его отпускать.

      Она знала, что не заслуживает такой любви и от этого очень страдала, сгорая изнутри от чувства вины. Вампир обнял смертную в ответ, не проронив ни слова. Он подумал, что это слёзы радости, но никак не адской душевной боли…

Heu conscienta animi gravis est servitus*

₰₰₰

      Брюнет запивал свой завтрак сладким зелёным чаем, одновременно поглядывая на Итару, которая до сих пор смеялась над мальчиком: он уронил на себя целую тарелку омлета, спотыкнувшись об ковёр.

Тоширо надул щёки и отвернулся, что-то бурча себе под нос, как старый дед.

— Ладно тебе, с кем не бывает, Тоши… Я тоже часто падаю, знаешь же. Просто это было очень неожиданно и смешно, — Миями еле сдерживала улыбку.

      Вскоре хорошее настроение девушки сменилось самой настоящей паникой. Блондинка вскочила и подлетела к упавшему ребёнку, который захлёбывался собственной кровью. Его всего трясло, а приглушённые крики боли так и вырывались из груди, словно нескончаемый поток.

— Кто-нибудь, на помощь!!! — синеглазая кричала так громко, как могла. Она пыталась помочь юнцу, но всё было тщетно.