Сладкая ложь

— Жалкий скот.

***

Воспоминания Вайлети.

      Небольшая детская комната была сплошь заклеена плакатами принцесс, а над кроватью висели живописные пейзажи. Смотря на одну из картин, Эрестер что-то напевала, пока не услышала, как поворачиваются ключи в замке. Голубоглазая резко вскочила с кровати и с радостным воплем побежала к входной двери.— Мамочка! Хочу мороженку с клубничкой, — девочка подняла руки вверх и начала высоко прыгать, пытаясь обнять свою мать.— Котёнок, не шали, а то я сейчас упаду и ударюсь, — сероволосая удивилась, что женщина сегодня была такой грустной.

— Что-то случилось?— Ха-ха-ха, нет, милая. Просто очень устала на работе.      Когда мама Вай наклонилась снять кроссовки, и из её кармана выпал маленький клочок бумаги. Вайлети тут же взяла его в руки и развернула, но прочесть текст не смогла.In nomine Astaroth Baal Beelzebub et Lucifer Evoco Moloch! Tollite sacrificium! Accede ad eam, et conteram illud comburent eam, et capient eam! Amen. Amen. Amen.— Что это такое?— Не тронь!      Вырвав листок из рук дочери, смертная выдохнула с облегчением и, толком ничего не объяснив, пошла на кухню. Девочка так и застыла на месте, чувствуя, что сейчас заплачет.— Мамочка, я что-то сделала не так? Прости меня, — шептала она себе под нос, в то время как по розовым щекам текли слёзы.

Наше время

      Эрестер по-прежнему сидела на лавочке.

Рядом с ней умостилась Миями. Девушка без умолку о чем-то говорила, но Вай погрузилась в свои мысли и половину слов пропустила мимо ушей.«Почему мне это вспомнилось? А я так надеялась забыть прошлое, которое причиняет мне лишь боль. Даже счастливые воспоминания терзают мою душу. Молох говорит, чтобы я довольствовалась жизнью и жила на полную катушку. С одной стороны, он прав, но я просто не в силах перебороть себя. Потеряв что-то важное однажды, ты не хочешь потерять это вновь. В чём же смысл дружбы, привязанности и любви, если времени осталось мало? Всё же, жизнь так быстротечна». — Вайлет, а на каком языке ты недавно говорила?— На мёртвом… Ну, на латыни.— А можешь сказать мне что-нибудь о Боге? — синеглазая понимала, что разговор не клеится, и попыталась разрядить обстановку.— Miserere mei Deus. Означает «Помилуй меня, Боже», — Эрестер ухмыльнулась, понимая, что эта фраза фактически отражает её нынешнюю ситуацию.