Клинок Ворона

Надо признать, что совет был дельным. Я осторожно двинулась вперед, стараясь оставаться под прикрытием тени шкафов и обходя яркие пятна света, отбрасываемые светильниками. Зал оказался длинный и довольно узкий. Пройдя где-то половину, я поняла, что это не только библиотека: на смену книжным шкафам пришли низкие столы и стойки, заваленные разным хламом. Ассортимент был обширным, как на прилавке торговца блошиного рынка: железный котел впечатляющих размеров, два тележных колеса, посуда, седла, обрывки одежды, доспехи с вмятинами и пятнами ржавчины, сбруя, черепки, громадный щит и еще куча каких-то вещей, назначения которых я не поняла.

Дойдя до конца зала, пришлось признать, что внутренний голос оказался прав. Рядом с толстой дубовой дверью (говорили же мне, что из любого положения бывает, как минимум, два выхода) стоял громоздкий стол. На нем лежала стопка чистых пергаментов, письменный набор, состоящий из пера, чернильницы и тяжелого мраморного пресс-папье, а также несколько фолиантов, переплетенных в почти почерневшую от времени кожу.

Приподняв крышечку пузырька, я констатировала, что чернила свежие. Следовательно, совсем недавно здесь кто-то побывал, а из этого вытекает, что загадочный кто-то в любой момент может вернуться. Но этот факт не смог прекратить исследовательский зуд, распространившийся по моему организму. Воровато оглянувшись, я уселась за стол и наугад отрыла один из фолиантов.

Книга была необычной. Наверху каждой страницы стояла короткая, не больше абзаца, надпись красными чернилами, а снизу уже черным цветом шли комментарии.

Когда черных строчек не было, их место занимали рисунки. Пролистав несколько страниц, я поняла, что передо мной своеобразная статистика по прорицанию: имя пророка, его краткая биография, сбылись ли предсказания или нет, если сбылись, то на какую часть. Пояснения были убористыми и очень подробными. Но существовали страницы, которые могли похвастаться только самим пророчеством — комментариев не существовало. Финальную треть фолианта вообще составляли чистые страницы — их еще предстояло заполнить.

Наскоро пролистав книгу, я заметила на одной из страниц плоскую металлическую закладку с печатью замка Роз: короткий абзац пророчества и чуть ли не пять страниц пояснений. Стоило мне вчитаться в первые строчки, как сердце в груди коротко екнуло — кажется, я, наконец, нашла то, что так долго и безрезультатно искала:

«В год, когда предавший простит, а проклятый предаст, Ворон возвратится в родное гнездо.