Клинок Ворона

Сытый вампир оказался существом привлекательным и по-своему красивым.

Я смотрела на него и чувствовала, как мои веки постепенно наливаются свинцом, а в голове все плывет.

— Дэв, — вяло позвала я.

— Уже все, сейчас я перебинтую и...

— Рехнулась?!

Разъяренный рык Айса выкинул меня из оцепенения. В тот же миг на меня кинулось что-то лохматoe — я даже не успела закрыться руками, как уже оказалась вмята в дурно пахнущую солому здоровенной тушей волка. Сэт каким-то образом ухитрился уклониться в сторону и теперь с удивлением смотрел на скалящего зубы оборотня.

— Айс! Тьфу ты, — рот оказался напрочь забит густой шерстью. — Айс, собака страшная, а ну слезь с меня! — я уперлась волку в грудь, пытаясь спихнуть с себя эту тушу. Не тут-то было — оборотень весил, по меньшей мере, тонну. — Чего ты разорался? Все в порядке!

— Сабира заключила сделку, — подал голос сэт. Кажется, его эта ситуация насмешила.

— Какую сделку?! — Айс по-прежнему восседал на мне, но теперь уже в человеческом обличье.

— Рассказ в обмен на кровь. У меня ее много, могу себе позволить поделиться с теми, кому не хватает гемоглобина! Дэв сказал, что знает, когда нужно остановиться. Слезешь ты с меня сегодня или нет?!

Оборотень, глухо рыкнув, встал.

— И ты поверила?! Ты поверила на слово сэту?!

— Какого камня тут происходит? — из кучи шкур вырылся очень недовольный и заспанный ольт. — Вы чего орете, как оглашенные?

— Я не ору, это все он, — наябедничала я, указывая пальцем на взбешенного оборотня.

— Она их накормила! — Айс не остался в долгу и тоже ткнул в меня пальцем.

— Кого? — зеленые глаза Рыси в полутьме сверкнули изумрудами. Рядом с ним тяжело заворочался Медведь.

— Сэтов! — рявкнул Айс. — Они, видите ли, «знают, когда остановиться». Ты вообще соображаешь, что делаешь?! Если бы я не проснулся, наутро замок Роз скорбел бы по безвременно ушедшей сабире.

— Если бы ты не проснулся, я бы сейчас уже спокойно спала и видела бы во сне очередной эпизод вашей славной истории! — терпеть не могу, когда на меня кричат.

От такой наглости Айс растерял последние остатки самообладания и человеческой речи. Следующие пять минут он только рычал и фыркал.

— Да успокойся ты, серый, — сэт все это время скромно стоял в уголке и в скандал не вмешивался.