Забавы Небес

«И это хорошо. Лексей сможет создать ту семью, которую захочет, – с улыбкой подумала Мира. – А я… я и так счастлива».

Она боялась, что лжет себе, но слова, пусть и не произнесенные вслух, все равно не нашли сопротивления и отторжения в душе. Они на самом деле отражали реальность. Мире нравилось все то, что с ней произошло в последнее время. Нравился новый дом, нравилось отношение грифонов и даже опасное приключение с каретой теперь нравилось. В этом во всем было что-то новое и удивительное.

То, чего она не знала и не видела прежде. И это настолько разительно отличалось от того беспросветного существования, с которым девушка мирилась большую часть своей жизни, что совершенно не хотелось искать недостатки.

«Если мы с принцем не сможем ужиться, то я не расстроюсь, – искренне решила девушка. – Пусть вместо личного счастья у меня будет лишь дом и спокойная жизнь. Этого достаточно».

***

Священная гора представляла собой невысокую гору с как будто срезанной верхушкой.

На этой довольно значительной площадке когда-то возвели грифонье святилище, каких Мира прежде никогда не видела.

Грифоны поклонялись Небу и не видели смысла в возведении храмов, поэтому их священное место представляло собой что-то вроде огромного каменного гнезда. Ради праздника повсюду установили высокие шесты с повязанными на них пучками лент. Ни цветов, ни каких-то иных украшений дриада не увидела. Но на ветру ленты развевались, и в какой-то миг Мире почудилось, что она видит танцующих девушек с цветами в руках.

– Это точно моя помолвка? – спросила она дядю, крепко держа его под локоть.

– Это грифоньи традиции, – напомнил Мире Кивэй.

– Ленты, конечно, красиво развеваются на ветру, но я думала, что увижу… – девушка замялась. – Сама не знаю, что ожидала увидеть.

Даже в годы войны в княжестве продолжали играть свадьбы. Дома-деревья украшали плющом и белыми цветами, а платье невесты полностью покрывали цветами подснежника.

А ведь для того, чтобы его вырастить летом или осенью требовалось влить в землю силу дриад!

Сейчас же на Мире красовался бледно-зеленый наряд, сшитый в местных традициях и украшенный бахромой и вышивкой. Ей он очень нравился, но то и дело девушка ловила себя на мысли, что ей уже никогда не надеть прекрасное платье из цветов и не пройти по мокрой от вечерней росы траве в свете порхающих среди листвы светлячков.