Сердце подскажет.

И условия которые ты поставила, заведомо не выполнимы. И что теперь будем с тобой делать?

Хранительница задумавшись о чём то, медленно прошлась к окну и обратно, что-то шепча себе под нос. Остановившись посереди комнаты подняв голову, хранитель увидел, что она улыбается.

- Ха! Мы с тобой ни чего не потеряли! Когда я ставила условия, то не уточнили какую имела ввиду любовь. Это во-первых, а во- вторых, я сказала один из них. Если сын нейринца и влюбился в сестру Али и у него это будет чистая и искренняя любовь, то все условия будут соблюдены.

- Мне остаётся только надеяться на твою уверенность. А теперь скажи, что будем делать с влюблёнными? Ты должна понимать, что отправлять с ним её мы не можем и его оставлять на земле, тоже. Он не землянин и не осуждённый.

- Да задача! Но в любой ситуации имеется хоть да какая-то лазейка,- она задумчиво посмотрела на своего хранителя,- не жди меня, займись текущими делами, а я пошла искать эту лазейку.

И вышла. Хранитель посмотрев ей в след пожал плечами и взяв в руки со стола бумагу углубившись в чтение.

А хранительница шла по коридору и уже пела какую-то весёлую мелодию и улыбалась. Она нашла выход и была очень этим довольна.

Нейринцы.

Сын с отцом сидели и пили свежи заваренный чай.

- Тебе удалось поговорить с Алиной?

- Я пригласил её в кино. Обещала подумать. Знаешь у меня такое чувства, что они уже мем-то увлечена. Даже понятие не имею, что мне делать. Она на меня смотрит как на хорошего знакомого.

- Наконец-то ты не знаешь, что тебе делать в данной ситуации.

- Ты прав, я в первые в такой ситуации. Завтра надеюсь с ней встретится, может удаться поговорить с ней. Всё я пошёл отдыхать.

- Желаю тебе удачи мой дорогой сын,- встал из-за стола собрал чайные чашки и подойдя к мойке прополоскал их,- хорошо бы всё получилось как задумали.

Тут посерди кухни вспыхнуло яркое свечение и оттуда вышла хранительница.

- Я приветствую тебя нейринец. Хочу тебе сообщить, что твоему сыну не суждено быть с Алей, но это не ничего не меняет.

Она улыбнулась и помахав рукой исчезла в свечении. Нейринец долго стоял и смотрел на то место, где только что стояла хранительница и переваривал ею сказанное. Потом отойдя от оцепенения пожав плечами пошёл к себе в комнату.

На следующий день ближе к обеду, Владислав стоял у калитки дома Алины и уже собирался войти. Не успел. Резко открылась входная дверь дома и оттуда вышла Ольга.