Моё имя

На таких отбросов, как он, даже не хочется тратить своё драгоценное время.

Мужчина, видя, что я не предпринимаю никаких попыток его убить, стал медленно и осторожно продвигаться обратно к люку, одновременно с этим продолжая сверлить меня взглядом (видимо, боялся, что я вот-вот — и, наконец, сделаю свой ход). Я же решил, что не стану ему мешать, — мне было глубоко плевать на то, выживет или умрёт подобное ничтожество.

Однако выбраться с крыши ему так и не посчастливилось: в мгновенье ока чьи-то острые когти вонзились в хрупкие человеческие плечи и подняли высоко в небо.

Лицо мужчины в тот момент явно говорило о том, что он не понимает и отрицает происходящее. Вскоре уже умирающее тело с ужасающей скоростью устремилось к земле. Крик затих после глухого удара. Всё произошло настолько быстро, что из ран от когтей даже не успела пойти кровь. Мужчина имел счастье умереть мгновенно.

Эксиль, что был в ответе за это, опустился прямо напротив и встал предо мной на колени.

— Этот человек побеспокоил вас, мой господин.

Я искренне прошу прощения. Ваш слуга проявил ужасную невнимательность, такого больше не повторится, — произнёс он, принимая свою обычную форму.

Как бы унизительно это ни было, но наша вторая форма практически ничем не отличается от людской. Две ноги, две руки, туловище, голова, волосы, лицо — всё, как у людей. Если бы не несколько отличий, которым я действительно благодарен, нам бы наверняка пришлось признать немалую схожесть со столь слабой расой, как человеческая.

К счастью, эксильская кожа, способная менять свою форму, куда плотнее людской и по непонятным причинам неестественно ярко блестит под здешним солнцем.

Эксиль, уже в человекоподобной форме, продолжал стоять передо мной на коленях. Это был высокий молодой мужчина с огненно-рыжей шевелюрой. Его длинные волосы, отданные во власть бушующего ветра, метались туда-сюда, успевая при этом переливаться десятками разнообразных оттенков. Казалось, что они живут своей жизнью, главная цель которой — привлечь к себе внимание.

Возможно, именно так всё и было. Уж кому как не мне знать, насколько рыжий цвет волос в почёте и любви среди эксилей. Как-никак, это цвет знати.

Я улыбнулся непонятно чему.

— Прекрати говорить подобную ерунду, Лудо. Не нужно быть таким серьёзным даже сейчас. Думаю, тебе тоже не помешало бы слегка развеяться.

— Как и вам, мой повелитель, — произнёс Лудо, вставая, — когда вы в последний раз веселились на Жатве?

— Глупый вопрос.