Улицы разбитых артефактов. Бал скелетов

Подошел и с грохотом опустил на стол Фарлея свой необъятный кожаный портфель.

— Боюсь, вас ввели в заблуждение, — очень мягко прошелестел в ответ дознаватель. — У меня нет никаких обвинений в адрес Агаты Веррий.

— Но как же?.. — адвокат запнулся на полуслове и с искренним недоумением посмотрел на Ричарда, который, в свою очередь, не сводил глаз с Фарлея.

— Агата Веррий — не подозреваемая, — нарочито спокойным тоном продолжил Фарлей. — Она — очень важный свидетель.

— Свидетель? — переспросил Огюст, высоко вздернув брови.

— Да, свидетель, — все тем же обманчиво доброжелательным тоном продолжил Фарлей. — И я считаю, что ее жизни угрожает опасность.

Я икнула. Как это? Фарлей ни словом не обмолвился о подобном!

— Поэтому, как один из ключевых свидетелей по данному делу, Агата Веррий взята под королевскую защиту, — завершил Фарлей.

Я напряженно выпрямилась в кресле. Что-то мне очень не понравилось, как это прозвучало. О чем речь-то вообще?

— Под защиту, — обескураженно протянул Огюст и оглянулся на Ричарда.

— Что это значит? — требовательно спросил мой компаньон. — Агату запрут в камере?

Огюст пожал плечами и вновь посмотрел на Фарлея.

— Госпоже Веррий будет предоставлена защита, гарантированная королевским словом, — вежливо уведомил тот. — К ней будет приставлена охрана.

— А роль охраны, стало быть, выполняете вы? — еще более мрачно уточнил Ричард.

Фарлей лучезарно улыбнулся. Да так, что у меня дрожь прошла по позвоночнику.

Как будто голодный оборотень оскалился в предчувствии добычи.

— Я вам обещаю, господин Эшрин, — промурлыкал Фарлей. — Рядом со мной Агате Веррий не будет грозить ничего дурного.

Ричарда, однако, это заверение нисколько не удовлетворило. Он страдальчески уставился на меня, затем перевел взгляд на Огюста.

— То бишь, Агата Веррий не заключенная? — уточнил тот.

— Нет, — сказал Фарлей, по-прежнему храня тень улыбки в уголках рта.

— И ей не предъявлено обвинений? — задал новый вопрос Огюст.

— Нет, — улыбка Фарлея стала шире.

Адвокат тяжело вздохнул и насупился.

— Боюсь, господин Икстон в своем праве, — сказал он. — Любого важного свидетеля обязан защищать закон. И в данном случае…

— Я не хочу, чтобы рядом с Агатой был постоянно он! — оборвал его Ричард. — Он… Он целовал ее! На моих глазах!

Я аж задохнулась от гнева. Ну, Ричард! От тебя я подобного не ожидала! Это же самая настоящая подлость!

— Целовал? — взбодрился Огюст.