Тлеющий Ад: Бездомный Дьявол. Иллюстрированная повесть.

Да и покатилась Мария со смеху в который уж раз, прикрыла ротик рукою будто смущённо, покачала головой.

— Да уж, с тобой точно не соскучишься, — выдавила она сквозь смех. — Тебе точно есть, что рассказать.

— Да всем нам есть, что рассказать, — хмыкнул Теофил и почему-то взглянул на Рогатого. — У каждого есть прошлое — а значит, и повспоминать есть чего.

Заметила Мария взгляд этот тотчас да и прекратила смеяться, поглядела она на козла обеспокоенно, однако Рогатый шёл вперёд как ни в чём не бывало, молча глядел на небо над крышами многоэтажек, на слова друга никак не отреагировал, будто не обратил внимания и вовсе.

— Как оно там, в народе-то? Кто прошлое помянет — тому глаз вон...А кто забудет — тому оба, — добавил Теофил зачем-то. — Мудрые люди сказали, не соврали.

Втроем завернули они за угол дома справа, миновали попутно людей, человечность давно утративших да скверною своею извивающихся страшно, да и ахнула Мария вдруг, отшатнулась за спину Рогатого мгновенно да рот руками закрыла в испуге лютом.

— Ой-ёй, — с досадой выдал Теофил, взглянув на Рогатого понуро.

Из-за угла дома соседнего, располагающегося по улице наискось от них, огромное чёрное нечто смотрело на Марию огромными же глазами, недвижимо да безмолвно, да и забилось сердце девушки перепуганной аки сумасшедшее в грудной клетке, заколотилось от страха люто да бешено; выглядывала Мария с ужасом в глазах из-за Рогатого, зажимала рот руками, будто страшась, что существо неизвестное услышит дыхание её испуганное да и бросится на девушку тотчас, Рогатый же никак в лице не изменился, стоял спокойно да глядел на явление безмолвное мрачно, недовольно малость.

— Рогатый!! — захрипела Мария, отчаянно дергая козла за мантию. — Рогатый, это кто?!

— Феру́м, — ответил Рогатый. — Демон, живое здание.

— З...Здание? — не поняла Мария явственно, пригляделась она к существу повнимательнее, боязливо оставаясь позади за козлом, ибо любопытно ей стало тотчас, что это и вовсе-то такое, «живое здание». Не имел Ферум ни рта, ни рук, ни тела, лишь глаза, огромные, разумные, пристальные, буравили девушку взором жутким, глядели всё да глядели с бесстрастного лица его; лик же этот чёрный сужался книзу, до самой земли нисходил подобно хоботу прямому да навеки неподвижному, а кверху лицо сие расширялось, напротив, да держало на себе многоярусную плиту башни, да и был демон этот велик непомерно, высился посередь многоэтажек внушительным не менее и смотрел на Марию в упор, молчаливо да страшно.