Увидеть Мензоберранзан и умереть Кн.1

И Ника стянула с себя одежды с их паучьей роскошью, вытащила стилет из волос, освободив косу, расплела ее и взбежала по трем ступенькам, ведшим в чан к воде. Она оказалась именно такой, какой требовало ее уставшее, пропотевшее тело. Вдыхая, тонкий приятный аромат трав, Ника, опустила в нее голову, чувствуя как свободно распустились в воде волосы. Вдоволь отмокнув, она растерла кожу толстой шерстяной мочалкой и принялась за голову. Нужно было "простирать" всю эту гриву волос. Взяв из кадушки, стоящей возле чана, пучки каких-то мылящихся листьев и подумывая о том, что неплохо бы, в конце концов, укоротить волосы, Ника перекинула их на грудь и вскочила на ноги.

Их белоснежный цвет, сменился тускло мышиным.

Выскочив из лохани, она на бегу подхватила мягкую белую холстину, пахнущую луговым ароматом, которая может быть и укутывала дворфа с головы до ног, ей же доходила лишь до колен. Осторожно заглянув в комнату и найдя ее пустой, Ника подскочила к зеркалу и, зажмурившись, развернула на себе холстину, живо вспомнив слова Доргана о том, что ее тело, точнее тело Фиселлы, начнет меняться, принимая неожиданные метаморфозы.

"Только бы не хвост... только бы не хвост..." - бормотала, мучаясь неизвестностью Ника, не решаясь открыть глаза и посмотреть. Все-таки она привыкла уже к этому телу как к своему, как ни как они столько вместе пережили. Медленно, затаив дыхание она разлепила глаза и вздохнула с облегчением: ни третьей руки, или ноги, или грудей в два ряда оно не имело.

Сказалось лишь вынужденное сидение на сухих корешках – тело словно, истончилось: талия стала уже, бедра и ноги стройнее, плечи хрупче. Теперь понятно, как она умудрилась втиснуться в ту расщелину из которой кидалась в шиззаку камнями. Уже смелее, Ника развернулась к зеркалу спиной: точеные бедра, гибкий, плавный изгиб поясницы, на округлой аккуратной попке не было даже намека на хвост. Она глубоко выдохнула, тяжкие сомнения оставили ее и жить стало значительно легче. Снова повернувшись к зеркалу лицом, она собрала тяжелую массу своих волос и, перекинулв через плечо на грудь, открывая трогательную шейку, скрутила их толстым жгутом и дернула.

А волосы? А бог с ними, ей никто не мешает вообще сбрить их с головы. Жаль, что этого не увидит Фиселла. А может и увидит.

Ее, словно отпустило и она из озорства, послала своему отражению, воздушный поцелуй Мэрилин Монро, подражая ее знаменитому снимку: прикрыв глаза, выпятив и округлив губы.