Ты приказал мне жить у шторма

Она знала каждое наизусть. Но читая их вот так, вечерами у камина, она словно слышала мамин голос в своей голове. Послышался шум входной двери и в зал въехал на коляске старик. Его было уже не узнать. Морщины покрыли его лицо, он стал ниже ростом. Прекрасные черные локоны его поседели. Одна только его черта не изменилась со временем. Лили взглянула на мужчину и голос в ее голове, голос матери, она запомнила его на всю жизнь, легко прошептал:

«Все такие же, словно черные дыры». Она мягко улыбнулась старику и привстав поцеловала его в лоб.

-Здравствуй, папа. – Он лишь кивнул ей, почти не заметно. Говорить, как и в прочем двигаться стало ему тяжело. Он доживал последний, он так думал, год. Эрик посмотрел на стопку писем и, хоть это было ему сложно и нестерпимо больно, глубоко вдохнул.

«Все так же пахнет морем» - подумал он и с тяжестью двинув рукой погладил поверхность одного из писем. Это было ее последнее письмо, то самое. "Ты приказал мне жить у шторма" – одними лишь губами произнес он, и по щеке его скатилась слеза.

«Прошло так много лет с того времени, как ты оставила меня, а может, я оставлю тебя первым. Но знай, я от чего-то верю, что мои мысли давно уже связаны с твоими, я все еще продолжаю любить тебя. Каждая твоя частичка в моем сердце. Я как сегодня помню твою яркую улыбку. Твои прекрасные ласковые глаза. Твои чудесные волосы, поседели ли они как у меня? Я хотел бы знать. И твои нежные губы. Все это, та малейшая часть тебя, которую я сумел назвать, но я помню тебя всю. Я помню твои кристально чистые слезы, которые скатывались по твоим покрасневшим щекам, когда мы прощались с тобой в Дании. Я помню тебя. Я тебя люблю.”

В граммофоне, который Лили также по обыкновению включала в вечера воспоминаний, тихо заиграла музыка, и женщина с Эриком мгновенно перевели на него взгляд. Он был стар, как альбом, как Эрик, как сами воспоминания о ней. О Кэтрин. Основа, сделанная из дерева, уже не выглядела такой прочной как раньше, а металлическая часть давно не блестела. Хотя звук, сама воспроизводимая мелодия лилась все также чисто как пятьдесят шесть лет назад, когда они купили его.

«Maybe I didn't treat you[1]

Quite as good as I should have,

Maybe I didn't love you

Quite as often as I could have»

Пел тихий мужской голос, а за окном шелестели листья на ветру. Эрик прикрыл глаза и слегка запрокинул голову. Перед его глазами возникли фантомы прошлого: их первая с Кэтрин встреча, тот ее первый взгляд. И то, как он поступил с ней.