Огни юга

- Нельзя оставлять следов.

Молниеносным движением он перерезал главарю горло. Захлёбываясь кровью, тот рухнул на порог. Свечка в его руке подожгла сухие доски. Огонь быстро перебросился на стены дома, пополз выше и выше до самой кровли.

Флавио поспешил прочь, пока соседи не подняли тревогу.

Прощай, старая жизнь. Мне нельзя оставлять следов.

Глава 8. Горькая правда

1572 г. от заселения Мунгарда, катакомбы Ловонида, Авалор

Чтобы отвлечься от тревожных мыслей, Николас помогал перевязывать раненых.

Вскоре в главный зал заглянул измождённый и помятый Гейрт.

В свете факелов его лицо выглядело особенно бледным и заострившимся. Целители хотели осмотреть его, но Гейрт отказался и отозвал Николаса в опустевший коридор.

- Все, кто мог, укрылись в катакомбах. Хуг погиб. Безрассудный мальчишка до последнего пытался спасти своих людей. Командир Лучезарных Арнингхэм проткнул его мечом.

- Скольких мы потеряли сегодня? – спросил Николас.

- Ещё не считали. Около трёх десятков. Учитывая, что у нас каждый человек на счету… - Гейрт с досадой покачал головой.

– А у вас как? Судя по кислому выражению лица, миссия провалилась?

- Лучезарные застали нас врасплох. Я ветропрыгнул с пленником, а остальным пришлось принять бой. От них до сих пор нет известий.

Как же гадко, что пришлось бросить учителя на произвол судьбы! Николас сцепил зубы, отгоняя боль и тревогу. Аж по скулам заходили желваки.

- Пленник жив? – спросил Гейрт.

- Жив, но от этого нам не легче, - выглянул из бокового зала на их голоса Мойес.

– Палач поработал над ним так, что он вряд ли долго протянет.

Лицо Гейрта помрачнело.

- Он назвал преемника?

- Скорее всего. Но малыш Ники нам не доверяет и предпочитает держать всё в тайне, - Мойес кивнул на Охотника.

- Малыш Ники?

- Моё настоящее имя Николас Комри.

Теперь весть о том, что он жив и помогает повстанцам, разнесётся по Мунгарду со скоростью ветра. Годы маскировки, ставшее почти родным имя, мечты о спокойной жизни в уединении – всё перечёркнуто словами короля.

- Внук Утреннего Всадника? – удивлённо воскликнул Гейрт. – Что здесь творится?

Из коридора, который вёл к темнице, послышались шаги. Пять аур приближались, повреждённые и блёклые. В одной из них виднелись прожилки позеленевшей бронзы. Николас облегчённо выдохнул.

На свет факелов выбрались потрёпанные Белус и Джодок. Под руки они волокли мертвецки бледного Мидрира. Обеими руками он зажимал себе левый бок, где на рубашке багровело пятно.