Книжные Черви

К удивлению девочки, они не встретили ни единой живой души, словно все люди исчезли из библиотеки.

Наконец Мэл и её странный спаситель выбежали на улицу.

Едва переступив порог библиотеки, Евгений впал в ступор. Слишком много шума, слишком много огней, слишком много чего-то, совершенно ему незнакомого. Осенний ветер дунул ему в лицо и почти сорвал цилиндр. Молодой человек вжался в стену. Маша попыталась взять его за руку.

– Да что ж такое, пойдём! Нужно уходить!

– А куда? Где я?! И вообще, я никуда не пойду! – Евгений, видимо, от растерянности напрочь утратил свой великосветский тон.

– Да ты совсем поехавший, что ли?! Москва это!

– Когда я засыпал, она выглядела иначе! Что это за свечи?! Что это за безлошадные шумящие кареты?! Пожалуйста, скажите мне! – Теперь уже Онегин сам вцепился в Машино плечо.

Мэл растерялась. Этот человек был похож на сумасшедшего.

Но он спас ей жизнь. Она не могла бросить его тут.

– Я всё объясню, только давай найдём более спокойное место, где за нами не будут гнаться? Хорошо? – стараясь, чтобы её голос звучал успокаивающее, предложила она.

Евгений недоверчиво кивнул.

***

Стремясь оставить Ленинку как можно дальше, они вскоре вышли на Тверскую. Евгений уже перестал дёргаться от каждой проезжающей мимо машины и с интересом глазел по сторонам.

Прохожие улыбались его внешнему виду, некоторые даже показывали пальцем. Туристы пытались попроситься сфотографироваться, но Мэл их в меру деликатно отваживала. Весь путь она пыталась уложить в голове произошедшее, но события минувшего дня больше походили на какой-то фильм.

– Ладно, Онегин, – отчаявшись разобраться в случившемся самостоятельно, выдохнула Мэл. – Что ты помнишь последним?

– Я помню, что вернулся с бала и отправился спать, так как стояла уже глубокая ночь… – растерянно начал молодой человек.

 – Мне снилась… А, впрочем, это неважно…

– Чувак, ну хорош уже втирать мне какую-то дичь. Ну, это не смешно! – потеряла терпение девочка.

– Я не понимаю, о чём вы. – Во взгляде, который адресовал ей Евгений, читалось столь искреннее недоумение, что Мэл на секунду смутилась. Но лишь на секунду.

– Блин, ладно, короче.