Книжные Черви

Онегин выхватил револьвер и приготовился выстрелить в экран, но Бендер успел вцепиться в его руку прежде, чем это произошло.

– Стой, дурак! – завопил Остап.

– Что это?! – В голосе Евгения смешались ужас и любопытство.

– Это телевизор, – равнодушно пояснила Мэл.

– Бесовская машина! Там люди! – Онегин таращился в телевизор с нарастающим восхищением.

– Это синематограф, они ненастоящие, – сквозь зубы процедил Остап, в то же время пытаясь заставить Евгения опустить оружие.

Онегин с недоверием посмотрел на Бендера, потом на экран. Там бородатый мужчина в широкополой шляпе и пончо докуривал сигарету, положив руку на рукоять револьвера. Напротив него стоял ещё один мужчина.

– У них дуэль? – Евгений начал вглядываться в происходящее на экране с интересом.

Бендер закатил глаза.

– Да. Клинт Иствуд сейчас убьёт бандита. Выключи, это скучный фильм, – вздохнула Мэл.

– Вам не кажется, что мы отвлеклись от темы? – подал голос Василий.

 – А между тем нам нужно как можно скорее посвятить вас в происходящее. Неизвестно, кого ещё может занести в этот мир в самое ближайшее время. Бусины, бусины разлетелись по всему миру…

– Так, давайте по порядку. Если вы и вправду герои книг, то как и нафига вы здесь очутились? – Мэл, как и все подростки, быстро переключалась.

– Что ж, я попробую объяснить. – Василий говорил медленно, обдумывая каждое слово. – Есть один артефакт… Ты знаешь, что такое «артефакт»?

Мэл кивнула: часы, проведённые за компьютерными играми, не прошли даром.

– Хорошо. Так вот, жемчужное ожерелье Калиостро – старинный артефакт, который способен… ммм… я даже не знаю, как это лучше сказать… оживлять неживое? овеществлять невещественное? Словом, воплощать в реальном мире то, что до этого существовало лишь в воображении. Мы пока и сами не до конца поняли, как всё это работает, однако кое-какие закономерности вывести удалось… Ах да, забыл важный момент: некоторое время назад ожерелье было порвано, и множество прежде составлявших его жемчужин рассеялось по свету.

Теперь каждая из них – отдельный самостоятельный артефакт, способный однократно призвать книжного персонажа. Но есть несколько правил. Например, герой может воплотиться только на своей земле, а призыв должен проводиться на том же языке, на каком написано произведение.