Елизавета.

-Хорошо, я вас слушаю.

-Я и вы, мы оба взрослые люди. Вы потеряли семью. Я тоже потерял многое, хоть и не был женат, но у меня погибла мать и любимая бабушка, почти все друзья кроме тех, кто был в тот день в кабаре, но речь не об этом. Я хотел сказать... то есть предложить... Давайте начнем все с начало, новую жизнь с чистого листа, вместе. Бисеринки пота увлажнили его лоб от волнения, он ждал, боясь, пошевелится или громко вздохнуть.

Лиза смотрела куда-то в сторону и размышляла. Что сказать этому чужому для нее мужчине? Сразу отказать или получше приглядеться, что за тип этот Сережа.

Не знаю почему, но не нравится он мне. Может, я сужу предвзято и несколько поспешно... Не знаю. Надо будет с кем-то посоветоваться. А ему ответила.

-Ладно. Я подумаю. А сейчас оставьте меня одну. Пожалуйста, уходите.

После того как он скрылся из виду, женщина отложила книгу в сторону и нахмурившись буркнула себе под нос.

-Только этого мне сейчас и не хватало. Вздохнув, подумала с кем бы ей посоветоваться на такую, весьма щекотливую тему.

Перебирая друзей и знакомых, вспомнила о Зинаиде Филипповне. Умудренной жизненным опытом женщине.

Поднявшись с места, пошла ее искать. Интересовалась у людей, не видел ли кто. Какая-то спешащая с пробирками девушка сказала, что бабушку Зину видела возле аптечного склада. Она жаловалась на головную боль и давление, собиралась прилечь, отдохнуть. Так что она наверняка уже ушла в сваю комнату.

Лиза поблагодарила девушку и, развернувшись, направилась в жилой сектор, где находились маленькие, уютные комнаты для пожилых и одиноких людей.

Дверь в ее комнату оказалась приоткрытой. Лиза постучала, ни звука. Тогда потихоньку позвала, постучала погромче, но ответа не последовало.

Тогда заглянув в приоткрытую дверь - увидела, лежащую на боку старушку, лицом к стене.

В нерешительности потопталась на месте, решая как быть, мысленно споря сама с собой.

Наконец решившись, толкнув не запертую дверь, вошла. Снова сомнения взяли вверх, а в праве ли она сваливать свои сомнения и переживания на голову этой женщине.

Присев на краешек кровати, вздохнула. Положив сваю руку ей на плечо, тихонько потрясла.

Ни какой реакции.

Спящая лежала к Лизе спиной, и лица ее не было видно. Она потрясла сильнее и позвала по имени. Опять ничего. Не хороший холодок пробежал по ее спине. Лиза встала и, перегнувшись, заглянула старушке в лицо.

Глаза Зинаиды Филипповны были приоткрыты, с губ сочилась струйка крови, окрашивая наволочку в бордовый цвет.