До нескорого, она же

— Я когда-то ей завидовала, потому что считала гораздо более одаренным, чем я. Даже не так, — Алина взмахнула рукой, — все вокруг считали ее более одаренной, чем я. И я мечтала обрести власть, чтобы однажды они поверили — хоть на мгновение! — что я тоже чего-то стою.

Я слушала Янтарную… и верила ее словам.

Потому что я тоже хотела что-то кому-то доказать. Пусть у меня и не было одаренной старшей сестры.

— Но видишь, как все получилось? — она ухмыльнулась. — Не выдержав гнета, я сбежала, желая однажды вернуться.

И показать, что я тоже чего-то стою… Я долго работала над собой и, как ты сама заметила, чего-то все же добилась. А потом возвращаться стало уже незачем — хотя я была так к этому близка!.. Не было больше всемогущей старшей сестры. Были родители, лишившиеся обоих дочерей. Был возлюбленный, не вспомнивший, кто я такая. И его сын — от другой девушки, которую он любил до меня. Талантливый сын. Впрочем, это ты тоже уже знаешь. Вы знакомы.

— Кирилл? — уточнила я.

— Кирилл, — Янтарная кивнула.

— К тому времени его мать совершила самоубийство, и мальчику очень не хватало женского внимания.

— А что стало с его… отцом?

Я сглотнула.

Алина пожала плечами, и голос ее был как-никогда холодным:

— Последовал за своей первой любовью. Впрочем, это никак не относится к нашему разговору.

Мы покинули залу.

Тетя остановилась напротив меня и обхватила мои запястья ладонями. Именно тогда она призналась:

— Ещё есть ты. Ты, ставшая моя последней надеждой, Яна. Ещё в тот момент, когда ты только родилась, я уже знала, что однажды ты меня спасешь.

Меня назвали Янтарной — но ведь тебя назвали так прежде. Яна, Яна…

Она покачала головой.

— Нет теперь смысла ничего доказывать, — продолжила Янтарная. — Ты нужна мне. И я нужна тебе. Нас связывает кровь, но не только. У нас с тобой похожие души… как две капли янтаря — и застывшая душа внутри, — она улыбнулась. — И мы нужны друг другу, Яна, Янтарная…

Ее слова эхом звучали в моей голове, когда я поняла, что пробуждаюсь.

Но в этот раз разбудил меня не будильник, как было уже на протяжении почти семи лет, а живой человек.

Отец.

Он держал меня за плечи и не сводил взгляда с моего лица. А я смотрела на него (Яна, Янтарная) и не могла что-либо вымолвить.

— Ты вернулась, дочь? — спросил он, когда я более-менее поняла, что происходит.

— Я не уходила, — ответила тихо. И это было сущей правдой. Я не уходила! Я была всегда. И это проблемы отца, что он меня не замечал.

Вот и сейчас он меня не услышал.